НеТёмный 10 - Александр Изотов
Из шалаша как раз выглянули кумотанец и лиственница, слегка ошалевшие. Казалось, что появление вооружённых воинов, явно охранявших кого-то великого, впечатлило их даже больше, чем пришествие драконов.
Я отмахнулся покрасневшей Купавы и снова достал письмо Агаты. Что же она мне тут накалякала такого, что нельзя было передать напрямую?
* * *
Весенний продомарафон — проды каждый день!
Глава 11
Больше всего меня интересовали последние слова Агаты Ясной. Больно уж милое было напутствие от ледяной чародейки.
«Как я приняла двойственность богини Моркаты, будь она… Девой или Женой…»
Это место я перечитал ещё пару раз. Нахмурился.
Я помнил, что Деву Моркату почитают пайнские девы, одну из которых, по имени Рогнеда, нам посчастливилось повстречать сразу по приезду в Северную Троецарию. Очень искусная, хитрая и сильная духом воительница, на которую совершенно не действует магия холода.
И я помнил, что с Храмом Холода у них очень серьёзные разногласия… Маги Холода почитают Моркату, как жену бога Хморока. И только! Но пайнские девы считают это ересью. То-то Рогнеда и Креона тогда подрались ради того писания.
И вдруг Агата пишет, что принимает обе веры…
«…так и ты следуй свету Вечного Древа, завещанию Хморока Тёмного и своих предков, близких и далёких…» — прочитал я дальше письмо.
И сразу вспомнил, как Рогнеда назвала меня «сыном изгнанников». А потом поведала, что пайнские девы считают всех броссов изгнанниками, которых в лохматой древности изгнали из пайнских лесов.
Значит, Агата Ясная посылает меня в Пайниландию? Да тут даже самый тугой бросс легко поймёт, что связано это с тем священным писанием, которое похитила из Храма Холода та воительница Рогнеда. И мне зачем-то надо за ним пойти.
— Ты что-то там понял? — вдруг спросила Купава, заметив, как мой взгляд просветлел над письмом.
Я не ответил, спрятав послание обратно. Наверняка у людей Могуты есть копия, и они тут же кинутся расшифровывать послание, если охотница передаст им весточку.
— Бросс Малуш, будь уверен, что мы на одной стороне.
— У меня своя сторона… — ответил я, — Мы с твоим царём не враги, и это хорошо. Но и быть пешкой в его руках я не согласен.
Купава засопела, и по её упрямому лицу было заметно, что она хочет поспорить. В её глазах так и читалось: «Как это возможно, не быть на стороне Могуты⁈»
— Да… да что ты вообще можешь понимать, бросс⁈ — вдруг вспылила охотница, — Да, ты воин! У тебя, конечно же, свой, осо-о-о-обый, отмеченный богами путь! Ты спасаешь этот мир и даже Вселенную от сонма злых богов из других миров!
Купава подошла и ткнула твёрдым пальчиком мне в нагрудник.
— Но что остаётся там, где ты прошёл⁈ А?
Я прищурился:
— И что же?
— Вот именно, что⁈ — Купава дёрнула рукой, показывая куда-то на юго-восток, — Ты прошёлся от Солебрега до Моредара вдоль побережья, от Моредара до Камнелома, оставив позади сожжённые и разрушенные руины! Целые деревни и заставы! А Камнелом, думаешь, совсем не пострадал после осады?
Я недобро заурчал, потому как не собирался выслушивать необоснованные обвинения.
Но Купава не унималась, двигая пальцем по горизонту, будто отмечая мой путь:
— Ты вошёл в родные Бросские Горы, где после тебя тоже остались разрушения и смерть! И здесь, на севере, за тобой тянется след из опустошения! — Купава ткнула в ту сторону, где должна быть столица, — А Хладоград? Что его теперь ждёт⁈
Тут уже я не выдержал:
— Слушай сюда, вестница несправедливости! Я сражаюсь с Тёмными Жрецами, как могу! Я, что ли, виноват, что вы позволили им оплести паутиной всю Троецарию⁈ — я чуть было не ткнул пальцем в грудь Купавы, но подумал, что женское тело, даже у такой смелой охотницы, слишком пострадает. И удовлетворился лишь тем, что грозно качал пальцем перед её лицом.
— Я виноват, что Жрецы, словно нарывы, так вросли в тело страны, что вырывать их приходится с такой болью⁈ — продолжал я, — И я тоже не особо-то и рад, что мне приходится это делать! Чувствовать себя пешкой в руках богов, знаешь ли, не самое приятное ощущение!
— А разве я тебя обвиняю, бросс Малуш⁈ — Купава даже бровью не повела, — Просто ты так легко делишь мир на стороны! Твоя, моя, ещё чья-то!.. Кто организовал строительство и укрепление Камнелома после осады⁈ Кто помогал расчищать разрушенные в округе деревни⁈
Охотницу словно прорвало…
Она мне поведала о том, что Могута посылал людей в разрушенные заставы, чтобы отстраивать их. Принимал и кормил тех беженцев, которых я отсылал перед битвой, чтобы их не погрызли упыри.
Могута прикрыл Бросские горы с востока от лучевийских войск, быстро организовав поход из пострадавшего Камнелома. Он помогал броссам после восстания жестоких северных племён, и не просто пытался вести переговоры с бросской Матерью — все его послы везли с собой воду и еду, и всё это даром, чтобы броссы как можно быстрее оправились после разрушительной войны.
И всё это при том, что у границ самой Срединной Троецарии всё это время нервно дышит Межемир, который спит и видит, как бы разграбить богатые и плодородные земли. А с востока рычит Лучевия, которой не дали разгуляться в Бросских Горах.
И Могуте Раздорожскому всё время приходится держать войска на границах. Ему приходится капать на мозги южному Нереусу, чтобы он не расслаблялся.
Кстати, и сейчас, когда магические существа с севера собираются волнами опять накатывать на Хладоград, и волны беженцев хлынут на юг и восток… Могута уже везёт обозы сюда с едой и одеждой, чтобы люди не бежали от зверей в неизвестность.
Могута не будет воевать с магической зоной, потому что давно живёт в гармонии с природой. Царь позволит духам стихий оттеснить северную столицу к её древним границам, но при этом поможет людям столько, сколько сможет.
— Как думаешь, почему об этом думает только Могута⁈ — прорычала Купава, охрипнув от длинного монолога, — Почему из трёх царей только один пытается сохранить единое государство, пока другие заигрывают со всеми силами, со злыми и добрыми⁈
Мне нечего было на это ответить, потому что в какой-то степени Купава была права. Лидер на то и лидер, что видит дальше других… Любому срединному троецарцу, который сеет и пашет на своём поле, наплевать на беглых северных. И этот троецарец будет недоволен, что