НеТёмный 10 - Александр Изотов
А где-то за его спиной, в полусотне шагов, Малушу почудилась тень животного. Даже послышалось, будто бы недовольно проворчал медведь… А потом и вправду силуэт медведя показался и застыл посреди деревьев, едва выглядывая из-за сугробов. Но Малуш чувствовал, что это человек. Оборотень?
— Приветствую вас, великие бросские…
— Заткнись, горлопан, — рявкнул седобородый и, взметнув молот вверх, резко его опустил. Будто бы тугая воздушная волна хлестнула в нашу сторону, пронеслась мимо перепуганного барда и с треском воткнулась в сосну за нашей спиной.
Та сотряслась, будто в ней врезался бык, и нас осыпало снегом. Кутень недовольно чихнул, я же не обратил внимания, хотя даже не защитился щитом… А вот Виол недовольно заёрзал, когда холодный снег залетел под воротник.
Это не было чистой воздушной магией. Скорее, выпущенная вперёд ярость, или самый настоящий воинский дух, сконцентрированный в ударе. Но не каждый воин мог так сделать, а значит, это старикан был страшным противником.
— Кто ты такой, Малуш, чтобы мы слушались тебя? — теперь молот смотрел в мою сторону, — Мы доверяем Могуте, и нам предписано вождём и Матерью служить ему верой и правдой, как и завещано договором между Бросскими Горами и Троецарией. Но КТО! ТЫ! ТАКОЙ⁈
— Мы слушаемся Могуту, но не обязаны слушать ещё кого-то, — лихо бросил молодой бросс с двумя топорами.
— Уважаемые броссы, вы всё неверно поня… — начал было Виол, но тут же осёкся, когда в него вдруг воткнулся снежок. Причём этот снежок, воткнувшись ему в грудь, снёс барда и воткнул спиной в многострадальную сосну.
Я не мешал броссам творить этот беспредел, но всё же чуть помог Виолу, выставив перед ним лёгкий воздушный щит. Тот немного снизил скорость удара, чтобы бедный бард совсем не покалечился. Хотя что будет этому оборотню?
Виол закашлялся и, упав, начал кряхтеть:
— И… Измена! Пре… Предательство!
— Не спеши бросаться словами, бард, — тут же рявкнул я, и Виол сразу замолчал, — А лучше просто не мешай. Нам с ними надо поговорить.
— Как… как скажешь, громада.
Бард послушно отполз за ствол сосны. А я шагнул вперёд, занимая более удобную позицию. Кутень, почуяв моё настроение, тут же вспорхнул тенью вверх и устроился на толстой ветви.
Кстати, воины впереди явно заметили мою подмогу Виолу и неуверенно переглянулись. Не каждый бросс способен на такое, и они это знали, но страха в их глазах я не увидел. И это правильно.
Да, сейчас ничего было нельзя решить словами, и это было частью нашей бросской природы. Разговор будет жёстким, но он будет честным.
Ты — избранный богами? Ты — наш предводитель? Ты — та самая инкарнация Хморока? Так докажи это понятным любому броссу языком!
Седобородый двинулся вперёд, с хрустом поводя плечами и поигрывая тяжеленным молотом, словно игрушкой.
— Ух, хморочьи сопли, давно я не обламывал сопливых выскочек! — ощерился он.
— Давай, Ульв, подправь ему улыбку! — весело крикнул молодой.
Ульв? Надо же, какое совпадение! У меня даже сразу добавилось симпатии к молотобойцу, но виду я не показал.
— Ты, седая грязь, один на рожон не лезь! — глухо ответил я, откидывая топор, — Все пятеро!
— А? — названный Ульвом воин остановился и чуть склонил голову, — Как ты меня назвал?
Но я не ответил, неожиданно шагнув вперёд и выставив ладонь. Сорвалась вперёд тугая воздушная волна и старик в последний момент выставил перед собой молот. Он попытался упереться, но вихрь протащил его до самого ствола ели, который едва не треснул… Ульв, к чести, так и не упал, но зато его осыпал самый настоящий снегопад.
Я сделал вперёд ещё шаг:
— ВСЕ!!!
Раскинул руки, высвобождая ауру и мощный вихрь из ветра и огня, мгновенно испаривший снег на десятки шагов вокруг.
— ПЯТЕРО! — мой глухой бас пролетел по лесу, сшибая снег с ветвей.
Теперь броссы, узрев мою мощь, переглянулись совсем другими взглядами. А сзади, чуть в стороне, как я и предполагал, показалась ещё одна тень.
Но раздумывать я им не дал… Вот я стоял в центре поляны, но уже через мгновение оказался рядом с Ульвом. Старик успел отпрыгнуть, когда мой усиленный огнём кулак снёс ствол за его спиной. Громадная вековая ель ещё хрустела и заваливалась, когда я метнулся в сторону, перехватывая копьё хищной бросски, вбивая локоть ей в рёбра и отправляя её в полёт. Хм, а копьё-то у неё двойное, с лезвиями с двух сторон!
На меня уже летел третий бросс — молодой, запрокинув над головой оба топора, прыгнул сверху, но он так же улетел в кроны деревьев, получив воздушный удар в грудь. Сзади заревел зверь, и мой огненный щит резанули когти — громадный дикарь с накинутой на голову медвежьей шкурой и с кастетами-когтями в руках вылетел из чащи. Это четвёртый бросс, и никакой это не оборотень, хотя когти свистели со страшной скоростью, и мой щит едва справлялся.
Его атаку я смазал воздушной стеной, а потом оттолкнул медвежатника прямо в копейщицу, которая уже неслась обратно. Разворот, и я, чувствуя напряжение в мышцах от своей скорости, перехватываю летящий мне в брюхо нож… А потом метаю его обратно в тень, скользящую между деревьев.
И тут же, оттолкнувшись всеми магическими щупальцами, словно дополнительными ногами, оказываюсь рядом с таинственным противником. Это пятый бросс.
Тот совсем не ожидал, что я окажусь так быстро рядом, но худой варвар в чёрном плаще с капюшоном всё же успел увернуться от моей атаки и даже выпустил в меня несколько тяжёлых ножей. Правда, все эти ножи оказались перехвачены моей магией и отправлены обратны…
Тот показал чудеса ловкости, уворачиваясь от своих же лезвий, но увернуться от моего колена, который отправил его в ствол сосны, у него не получилось.
В этот момент сверху мне почудилась тяжёлая и грозной кричащая тень, и я, вскинув руку, просто перехватил ладонью опускающийся мне на голову молот.
Естественно, в руку мной было вложено много магии, и когда орудие встретилось с ладонью, когда