Старый, но крепкий 12 - Максим Игоревич Крынов
Да чтоб тебя… Всего неделя с лишним прошла с последнего осмотра!
Я невольно выпрямляюсь, забыв об удобной спинке. Я ожидал увидеть продолжение прежних изменений, но одно дело ожидать, а другое — ощутить, насколько далеко они успели зайти. Передо мной не забавный барсук с зачатками энергосистемы, а настоящий духовный зверь, который становится сильнее буквально на глазах.
— Я ему порции не удваивала, — торопливо сообщает Гуля. Видимо, ей почему-то не понравилось выражение моего лица. — Прибавляла понемногу, как договаривались.
— Записывает каждый кусок, — подтверждает Самир. — Мне бы такого человека на склад. Ты только скажи, все с ним нормально, Китт? А то ты молчишь все.
Отрываю взгляд от зверя и успокаиваю обоих: ничего плохого пока не вижу. Гари развивается, и довольно быстро.
Гуля заметно расслабляется, а я возвращаюсь к осмотру.
Уже понятно, что рядом с Гулей барсуку куда легче усваивать Ци, а его невеликое тело быстрее приспосабливается к тому, что этой силы становится больше. Но шерстокрылы так не увеличиваются. Что именно влияет на животное? Достаточно ли ему находиться поблизости или важно, чтобы племянница занималась им, разговаривала, кормила с рук? Или важно время, которое они проводят вместе?
Под правым плечом барсука возникает короткий импульс Ци. Тут же забываю о тетрадях и сосредотачиваюсь на нем. Гари упирается лапой в камень, приподнимает тяжелый корпус, и энергия проходит ниже, к предплечью. Вот… еще немного… Пытаюсь удержать вниманием весь путь, но барсук поворачивается на голос Гули, меняет опору, и ощущение расплывается.
Я наклоняюсь, локти ложатся на колени. Давай еще раз, приятель! Просто сделай то же самое.
Но именно сейчас Гари решает, что достаточно покрасовался, и садится.
Жду. Не подталкиваю, не трогаю лапы, хотя желание заставить его пошевелиться вполне ощутимо. Через некоторое время он тянется носом к моей обуви и снова упирается передними конечностями. Ци собирается плотнее, но уже не совсем там, где в первый раз. Я пробую сопоставить оба движения и не нахожу уверенного совпадения. То ли энергия просто сопровождает работу укрепившихся мышц, то ли зверь понемногу учится направлять ее сам. Решил подвинуться, напрягся, получилось легче обычного. Повторил. Со временем тело может запомнить удачный способ подачи энергии и повторять его.
С настоящей техникой все несколько сложнее, чем с прибавкой силы. Насыщаясь Ци, зверь способен годами становиться крупнее, крепче, выносливее, так и не научившись ничему особенно занятному. Чтобы усилить энергией удар когтями, мало просто иметь крепкую лапу, нужен определенный ход энергии, совпадающий с движением. Чтобы укрепить шкуру силой земли, требуется еще и соответствующая склонность и способность этой силой воспользоваться. У устойчивых духовных пород подобные умения закрепляются поколениями. Зверь ускоряется, выдыхает пламя (те же драконы) или защищается так же естественно, как прыгает на добычу. Ему не нужны названия каналов и объяснения учителя. Достаточно желания укусить, догнать или не дать себя сожрать. Гари же только осваивается с новой силой.
— Дядя Китт, ну что там? — не выдерживает Гуля.
— Может, сначала выйдешь из клетки? — предлагает Самир. — Через сетку переговариваться необязательно.
Племянница тут же вскакивает. Подхватывает тетрадь с карандашом, выскальзывает наружу и придерживает дверцу бедром. Шорох оказывается возле самого выхода, цепляясь за сетку, но Гуля успевает оттеснить его внутрь и опустить задвижку.
Гуля подходит к нам, открывает чистую страницу тетради. На бумаге столбики чисел, короткие пометки, кое-где слова зачеркнуты и надписаны сверху.
Барсук сразу приподнимается и тычется ей в колено; девочка привычно чешет его между ушами, продолжая смотреть на меня.
— Изменилось, и довольно заметно, — отвечаю я. — Каналы стали шире, энергии по ним проходит больше. Все тело постепенно укрепляется.
Гуля черкает в тетради, останавливается, перечитывает. Я дожидаюсь, пока она закончит, и прошу сравнивать похожие вещи: долго ли гулял, сколько потом отдыхал, какую тяжесть сдвинул. В идеале бы еще и вес замерять, но с весами проблема, на маркетплейсах не закажешь. Так что ограничился ростом, шириной и обхватом. Племянница сначала хмурится, потом кивает.
— Хорошо, запишу. А он сможет сам этой силой пользоваться? — спрашивает она, поднимая голову. — Ты как-то говорил, что у духовных зверей бывают особые умения. Если у него Ци теперь больше, он чему-нибудь такому научится?
— Возможно, — пожимаю плечами. — Надо наблюдать. Я никогда не консультировал духовных дрессировщиков, знаешь ли.
В вольере раздается звон: один из шерстокрылов повис на краю поилки, та накренилась, и вода потекла на подстилку.
Гуля сразу оборачивается, засовывает карандаш между страницами и торопится обратно. Мы с Самиром провожаем ее взглядом. Девочка входит, запирает дверцу, снимает поилку и принимается поправлять подвес. Шорох перемещается к ней, цепляясь за сетку. Ему, разумеется, нужно быть поближе. Гари делает несколько шагов следом, но у самой ограды останавливается и укладывается на прежнее место. Осмотр закончен, кормить больше не обещали — к чему суетиться?
— Из нее может выйти очень ценный специалист, Самир, — говорю тише, наклонившись к брату. — Духовных зверей хватает, а людей, которые умеют с ними обращаться, не так уж и много. Со временем она научится приручать и привязывать их к другому человеку. Сам видишь, что у нее здорово получается управлять ими. Такое вполне может стать делом всей жизни.
Брат не отвечает сразу. Гуля уже справилась с поилкой и теперь проверяет соседнюю кормушку. Одной рукой удерживает ее, другой осторожно отодвигает Шороха от крепления, что-то терпеливо объясняет зверьку.
— Тут многое будет зависеть от того, станут ли звери слушаться нового хозяина, — наконец произносит брат. — Гари меня знает, я его тоже кормлю. Но когда надо куда-нибудь увести, проще Гулю позвать. Если человеку вместе со зверем придется каждый раз просить еще и ее приехать, хорошего дела не получится. Другое дело, если она сумеет обучить его заранее, а потом объяснить покупателю, что делать. Только покупатель тоже может оказаться таким, что никакое обучение не поможет. Свалит все на нее и потребует деньги обратно.
Вот теперь узнаю брата. Минуту назад беспокоился о том, как дочь удержит выросшего питомца, а сейчас уже добрался до недовольного заказчика. И ведь вопрос по существу: приручить зверя к себе и передать другому — разные задачи.
— Я думал, она со временем остынет, — признается Самир. — Знаешь, как бывает: сперва только о новом зверьке и разговоров, а потом миски моет кто-нибудь другой. Но тут, похоже, всерьез. Мне нравится мысль, что у нее будет хорошее ремесло и она сможет сама себя обеспечивать. Только пусть сперва выучится. Я слишком хорошо знаю, что иногда происходит