Восхождение Морна. Том 13 - Сергей Леонидович Орлов
Впрочем, я тоже не в капусте найден.
— А кто сказал, что мне надо оправдываться? — улыбнулся я. — Обычно это делают виновные, а мне, в свою очередь, скрывать абсолютно нечего.
— Вы понимаете, что дело серьёзное?
— Понимаю. Поэтому давайте серьёзно. — Я положил скованные руки на стол, и цепь глухо звякнула о дерево. — Вы сотник городской стражи. Я представитель Великого Рода. Вести дело против меня вы не можете. Ваш потолок — это составить протокол и привести меня сюда, да и то, если я сам дам на это согласие. И как видите, я иду вам навстречу, чтобы как можно быстрее разобраться с этим недоразумением.
Сотник молчал, сохраняя абсолютное неподвижное спокойствие.
— Поэтому, если вы действительно хотите, чтобы это дело сдвинулось с мёртвой точки, — продолжил я, чуть подавшись вперёд, — просто передайте заказчикам, что я готов к прямому разговору.
— Каким ещё заказчикам? — ровным тоном переспросил Дубровин.
— Тем самым, которые отдали приказ подкинуть этот сомнительный набор юного сектанта мне в шкаф, а заодно рассказали вам сказки про вымышленные особые свойства моего наруча.
В допросной повисла пауза. Рунный светильник под потолком продолжал тускло мерцать и неровно потрескивать.
Дубровин даже не изменился в лице. Ни единая мышца на его кряжистой физиономии не дрогнула, а взгляд остался столь же тяжёлым и непроницаемым. Он медленно, без лишней суеты сложил лист протокола, аккуратно убрал его под мышку, встал из-за стола и вышел из комнаты, не обронив больше ни единого слова. Тяжёлая дверь за его спиной со скрежетом закрылась, и снаружи коротко щёлкнул засов.
Ждать пришлось недолго, и разбазаривать это время я не собирался. Сперва надо было разобраться с блокирующими магию браслетами.
Я опустил руки под стол, положив их на колени, и въедливо осмотрел свои запястья. Массивный рунный металл, тугой замковый механизм, короткая цепь в три звена. Сделано добротно, на совесть, сугубо для блокировки магов — чтобы никто из одарённых не вздумал использовать свои способности. Вот только о том, что заключённый может банально вытащить кисть механическим путём, местные умельцы, похоже, даже не задумывалась.
В прошлой жизни в моём зале тренировался один борец — кряжистый, здорово скроенный парень из глухой деревни. На сборах какие-то умники ради шутки пристегнули его к чугунной батарее настоящими милицейскими наручниками, которые бог весть где откопали. Ключ от замка, понятное дело, тут же благополучно посеяли. Пацан пару минут посидел, подумал, а потом без лишнего шума выбил себе большой палец, выдрал кисть из стального кольца и спокойным движением вправил сустав на место. Шутники после этого случая ещё неделю обходили его по широкой дуге.
Так что магия магией, Артём, а банальную человеческую анатомию в этом мире тоже никто не отменял.
Я обхватил пальцами левой руки большой палец правой, сделал глубокий выдох и без колебаний резко рванул сустав в сторону. Раздался резкий, отчётливый хруст. Острая боль моментально прострелила кисть до самого локтя, заставив меня на секунду плотно сжать зубы. Ладонь естественным образом сложилась узкой лодочкой, и тяжёлый металлический браслет с тихим трением, сдирая верхний слой кожи, медленно пополз к пальцам.
Вправлять сустав сразу я не стал, ибо пара минут терпимой ломоты — вполне справедливая цена за предстоящее представление.
Со второй рукой всё прошло куда быстрее: когда одна кисть уже свободна, а цепь беспомощно болтается, вывихнуть второй палец и сняться из второго кольца оставалось вопросом сухой техники и нескольких секунд выдержки.
Уже через минуту оба тяжёлых браслета молча покоились у меня на коленях. Заблокированный Источник в груди моментально развернулся с диким облегчением, точно спущенная пружина, печать на ладони отозвалась привычным теплом, а окружающий мир прямо на глазах налился резкими, живыми красками.
Ух… хорошо-то как!
Я аккуратно оставил руки под столом, накрыв освобождёнными ладонями снятые браслеты, и вальяжно откинулся спиной к холодной каменной стене. Металл больше не давил, магия вернулась в тело, и в такой позиции оставалось лишь спокойно дожидаться гостей.
Долго ждать не пришлось. Тяжёлый засов снаружи с сухим лязгом отодвинулся минут через десять.
Первым в допросную шагнул высокий, поджарый мужчина лет пятидесяти в строгом тёмном сюртуке. На его груди отблёскивала массивная серебряная цепь Гильдии оценщиков. Лицо вытянутое, подбородок острый, а глаза светлые и въедливые, точно ледышки в весенней луже. Седину на висках он явно аккуратно закрашивал. За его спиной, тяжело отдуваясь, в тесную комнату протиснулся второй визитёр: низенький, круглый господин с влажной лысиной и пухлыми коротковатыми пальцами, которыми он сразу же начал судорожно теребить край своего жилета.
Коробьин и Пафнутьев. Ну кто бы сомневался…
Коробьин сел на табурет, который освободил Дубровин, и аккуратно положил ногу на ногу. Пафнутьев остался стоять у двери, как будто хотел быть поближе к выходу.
— Господин Морн, — сказал Коробьин хорошо поставленным голосом. — Вы хотели нас видеть.
— Хотел.
— Что ж. Тогда давайте сразу к делу. Вы приехали в наш город, господин Морн, и за двое суток успели устроить такой переполох, какого здесь не было последние лет двадцать. Опозорили Гильдию, открыли частную практику без лицензии, подружились с Наумом Наумовичем…
— Да я в принципе дружелюбный, — согласился я.
— Это заметно. — Коробьин даже не улыбнулся. — Я буду с вами откровенен. Мы знаем, что Мозырь уже не тот. Мы знаем, что он ищет себе преемника. И мы знаем, кого он присмотрел на эту должность. Так вот. Этот город наш. Мы в нём работаем тридцать лет, и мы не отдадим его заезжему мальчишке только потому, что у старика под конец жизни поехала крыша. И если вы продолжите в том же духе, спокойной жизни у вас здесь не будет. Ни сегодня, ни завтра, никогда.
— Никогда, — эхом поддакнул от двери Пафнутьев и тут же поморщился, приложив пухлую ладонь к груди.
— Но мы люди деловые, — продолжил Коробьин, и голос его стал на полтона мягче. — Мы понимаем, что у вас редкий Дар. И мы готовы предложить сотрудничество. Наум Наумович уходит на покой. Место главы Гильдии занимаю я. Вы публично отказываетесь от его покровительства и подтверждаете, что он… скажем так, утратил профессиональную форму. А взамен мы берём вас в долю и предлагаем… двадцать тысяч золотых в год. И при этом вам даже делать ничего толком не придётся. Пара оценок в месяц для особых клиентов. Всё остальное Гильдия возьмёт на