Лелея Хуа Чжи. Том 1 - Кун Лю

– Слушаемся.

Забрав ключ, Хуа Чжи ускорила шаг и направилась вглубь женской части дома. По пути она спросила:

– Как там почтенная госпожа?

Чуньсян получила строгий наказ молчать, а потому все запиналась и не решалась что-либо говорить.

Хуа Чжи все поняла:

– У почтенной госпожи начался кашель с кровью?

Чуньсян удивленно посмотрела на старшую барышню. Она же ей ничегошеньки не сказала!

– Выкладывай.

Хуа Чжи нахмурилась, и в этот миг от нее повеяло такой давящей властностью. Чуньсян аж вся побледнела: хотела было рассказать, но все не решалась. Она была служанкой из покоев почтенной госпожи и потому не смела ослушаться ее приказа.

Инчунь, наблюдая за этим, прониклась к ней симпатией. Если бы кто-то принуждал ее выдать тайны своей хозяйки, она тоже ни за что ничего бы не стала рассказывать. Но сейчас ситуация была совершенно иной, и ей, естественно, следовало помочь своей госпоже.

Инчунь переглянулась с барышней. Хуа Чжи слегка кивнула и пошла дальше – сейчас она очень переживала за свою бабушку.

Нынешний гром оказался, конечно, весьма необычным, но почтенная госпожа была не из тех, кто не мог с таким справиться. То, что она так испугалась грома, могло означать лишь одно: ее здоровье слишком истощилось. А ведь сколько времени уже прошло…

Проводив Хуа Чжи, Инчунь ласково взяла Чуньсян за руку и остановилась с ней в галерее. Здесь, на открытом со всех сторон месте, лучше всего было перешептываться.

– Да не таись ты! Когда придет лекарь, он ведь тоже об этом спросит. Неужели вы и от него будете все утаивать? Барышне все равно рано или поздно станет известно, верно? Утаивая, вы лишь вредите самой почтенной госпоже!

Как только старшая барышня ушла, Чуньсян на душе стало намного легче. Та, прежняя, старшая барышня внушала ей страх. А когда Инчунь сказала, что утаивание вредит ее почтенной госпоже, она не удержалась и тут же выложила все как есть:

– Когда грянул гром, почтенная госпожа как раз отдыхала после обеда. Видимо, она испугалась: резко села и тут же рухнула обратно, а после чуть не задохнулась. А потом начался такой сильный кашель… и пошла кровь изо рта. Два платка сменили. После она вообще сознание потеряла.

– Почтенная госпожа запретила вам звать к себе нашу барышню, да?

– Угу. – Чуньсян, наконец решившись, выложила все как есть. Слова из ее уст вылетали, словно бобы из бамбуковой трубки[158]. – У почтенной госпожи уже не в первый раз так кровь идет. Раньше она строго-настрого приказывала нам никому об этом не говорить. И в этот раз тоже. Только когда почтенная госпожа потеряла сознание, нянечка Су велела мне срочно бежать за старшей барышней.

У Инчунь сердце рухнуло вниз. О состоянии почтенной госпожи они уже и так догадывались. Если с ней что-то случится, то семья Хуа…

Вздохнув про себя, Инчунь тихонько спросила:

– Чуньсян, не хочешь ли ты служить старшей барышне?

Та, кто прислуживает самой почтенной госпоже, конечно, была девушкой неглупой. Чуньсян понимала: здоровье почтенной госпожи ослабло, неизвестно когда… И тогда старшая барышня непременно станет главой семьи Хуа.

Но она также не хотела прослыть предательницей. Если она оставит у новой хозяйки такое впечатление о себе – это станет для нее концом всего.

– Сестрица Инчунь, я ведь прекрасно все понимаю, но…

– Твои сомнения, твои опасения мне ведомы. Мы не вынуждаем тебя предавать почтенную госпожу и докладывать нам о каждом ее шаге – кем бы мы тогда сами стали? – Инчунь улыбнулась. – Барышня беспокоится о здоровье своей бабушки, а почтенная госпожа не хочет, чтобы наша барышня за нее тревожилась. В конце концов, они обе заботятся друг о друге. Мне от тебя нужно лишь одно: сообщать нам об переменах в состоянии почтенной госпожи. И лучше с подробностями. Врачевательница Шаояо очень искусна. Зная о том, как протекает болезнь почтенной госпожи, она сможет вовремя менять рецепты лечения. Разве это не лучше, чем если почтенная госпожа будет просто терпеть всю эту боль?

Почтенная госпожа не была излишне требовательна к свои слугам, и Чуньсян желала ей лишь добра. Поразмыслив, она скрепя сердце согласилась. В конце концов, никто из них не стремился причинить вред другому.

* * *

Тем временем Хуа Чжи уже добралась до двора бабушки. Шаояо, опередив ее лишь на самую малость, уже сидела у кровати, прощупывала пульс почтенной госпожи.

Хуа Чжи подошла ближе. При виде осунувшегося, пожелтевшего, словно бумага, лица бабушки на душе у нее стало горько. Она никак не могла связать эту слабую старушку на кровати с прежней почтенной госпожой Хуа, которая еще два месяца назад выглядела такой молодой. Она не понимала, почему здоровье человека могло столь быстро разрушиться, словно вдруг внутри той все вмиг опустело.

Шаояо подняла голову и взглянула на подругу:

– Почтенная госпожа сильно испугалась. Ей потребуется немало дней, чтобы оправиться. Я сейчас же изменю рецепт лечения.

Хуа Чжи кивнула:

– Когда бабушка очнется?

– Хорошо, если она поспит подольше. Эти несколько ночей нужно будет ухаживать за ней особенно тщательно. Почтенную госпожу могут мучить кошмары. Не спешите ее будить, нужно выводить ее из состояния сна… Лучше уж я сама все сделаю, вы не знаете, как надо.

Нянечке Су лучшего и придумать не могла. С тех пор как почтенная госпожа начала принимать лекарства Шаояо, приступы кашля заметно сократились. Уже за одно только это она стала верить каждому слову Шаояо.

– Нянечка Су, присмотрите здесь за бабушкой. Я сначала проведаю четвертую тетушку, а потом вернусь к вам.

– Слушаюсь, старшая барышня, можете не беспокоиться.

Выйдя в галерею, Хуа Чжи прошептала:

– Рассказывай.

Шаояо, теребя свою косу, вполголоса ответила:

– Почтенная госпожа просто постарела. У человека есть три хунь и семь по[159], а в старости их трудно удержать вместе в одном теле. Вот и получилось, что удар грома перепугал ее аж до такого состояния. На самом деле мне показалось, что на душе у нее все же немного полегчало. Если постепенно выхаживать физическое тело, возможно, и наступит улучшение.

Неожиданные слова заставили глаза Хуа Чжи заблестеть.

– Правда?

– Когда я щупала пульс, у меня возникло такое ощущение. Завтра осмотрю еще раз. Если ее душевная болезнь пройдет, тогда и с остальным все будет хорошо.

– Было бы славно, если она и правда смогла все эти тревоги отпустить.

* * *

Пройдя через лунные врата, девушка заметила, как здесь стало явно оживленнее.

Три невестки