Лелея Хуа Чжи. Том 1 - Кун Лю
– Именно так. Не то что вы, матушка, даже я сама, когда это случилось, была поражена не меньше вашего. – Госпожа У, прислонившись к материнскому плечу, продолжила: – Вы, матушка, послушать-то послушайте, но никому более об этом не рассказывайте. Чжи-эр не из тех, кто любит выставлять себя напоказ, ей не нужна слава за пределами дома.
– Знаю. Даже жене твоего брата не скажу. – Старшая госпожа У погладила дочь по щечке. – Не вини ее. Она супруга мужчины из рода У, для нее нет никого важнее собственных мужа и детей. Не то что ты, уже выданная замуж дочь, даже ее собственная родня у нее ныне не на первом месте.
– Я и не виню ее. То, что она печется о семье У, меня тоже радует. По сравнению с тем, какими оказались родственники из других ветвей, невестка еще очень достойно себя повела.
Старшая госпожа У вздохнула. Женщина еще немного поговорила с дочерью, навестила больную свояченицу и, не оставаясь на обед, уехала к себе домой. Она все же должна была думать о семье У. Приехала сюда на неприметной повозке и уехала, стараясь не попадаться никому на глаза.
Хуа Чжи, получив доклад об этом, лишь хмыкнула в ответ как знак того, что все услышала. Она велела Фудун приготовить легкие и питательные блюда и отправить их четвертой тетушке, а сама, пользуясь случаем, решила прилечь вздремнуть – очень уж клонило ее сейчас в сон.
Закончив послеобеденные уроки и покинув стены академии, она столкнулась с Инчунь, которая тут же доложила:
– Барышня, прибыл человек от второй госпожи Хуа. Следуя вашему распоряжению, его сразу провели в покои третьей почтенной госпожи-наложницы.
– Она как на это отреагировала: плакала или смеялась?
– Плакала. Судя по всему, у второй госпожи в доме мужа дела идут неважно.
Глава 67
Приготовления
– Это было ожидаемо. С таким характером, как у второй тетушки, без поддержки родного дома ее только обижать и станут.
Родной дом для вышедшей замуж женщины служил опорой – так повелось с давних времен.
– Но вторая госпожа Хуа все же не позабыла о своих родных и велела передать домой серебро. Часть отдала третьей почтенной госпоже-наложнице, а еще одну часть прислала лично для почтенной госпожи Хуа.
Хуа Чжи вспомнила свою старшую тетушку, ту, что всегда хотела быть первее и сильнее всех. Даже презираемая семьей мужа дочь наложницы знала о трудностях родного дома. А что же та, которую прежде так баловали и любили? Неужели она решила полностью отречься от семьи Хуа?
Большая часть серебра в итоге попала к Хуа Чжи. Она велела Няньцю отдельно записать долю третьей почтенной госпожи-наложницы. Ей было неважно, большая там сумма набралась или маленькая, но она ценила сам этот жест и в будущем непременно собиралась отблагодарить во сто крат.
* * *
Роды у четвертой тетушки случились неожиданно рано, и потому Хуа Чжи приняла решение отправиться в северные земли тоже пораньше. Чем дальше откладывалась поездка, тем холоднее становилось. Да и не хотелось ей лишний раз мучиться.
– Баося, сходи к лекарю Чу, попроси его приготовить побольше лекарств. Через десять дней я все заберу.
– Слушаюсь.
– Фудун, как там те люди? Уже могут работать самостоятельно?
– Большинство да, но есть еще несколько, кому, по моему скромному мнению, пока не хватает мастерства.
– Через восемь дней, независимо от того, благоприятное то будет время или нет, мы должны открыть улицу закусочных. – Хуа Чжи посмотрела на свою самую застенчивую среди старших служанок: – Фудун, хоть этими лавками и будет заведовать Чэнь Лян, ты тоже должна следить за обстановкой. Все, что связано с едой, отныне касается и тебя. Ты будешь тем управляющим, руководящим из-за кулис. В мое отсутствие все решения принимать придется тебе.
Фудун закусила губу так, что та покраснела, и тихонько произнесла:
– Ваша служанка… Ваша служанка сделает все возможное. Но… но я ведь не сильна в управлении…
– Управлять лавками и вести сами дела тебе не потребуется. Твоя задача – подготовить достаточно учеников и хорошо их умения изучить, а не только разбираться в одной еде, а обо всем остальном и малейшего представления не иметь. – Глядя на жалобное выражение лица Фудун с влажными от подступивших слез глазами, Хуа Чжи смягчила тон. – Я знаю, ты готова проводить на кухне все двадцать четыре часа в сутки. В будущем я обязательно позволю тебе это. Но сейчас дела в закусочных можешь контролировать только ты.
– …Слушаюсь. Я постараюсь сделать все хорошо.
– Баося.
– Да, барышня.
– Я арендовала у бабушки Чжу лавку на улице Бэйян[166]. Возьми людей, приведи ее в порядок. Внешнему виду уделите особое внимание. Пусть все будет как можно изысканнее. Если не понимаете, как это провернуть, спросите совета у четвертой тетушки, она в этом толк знает. А когда станет еще холоднее, там можно будет продавать фрукты в собственном соку из того поместья.
Баося с громким стуком опустилась на колени:
– Барышня, прошу, возьмите меня с собой!
Инчунь тоже встала на колени:
– Барышня, как бы ни обстояли дела, прошу, возьмите с собой хоть кого-то из нас. У Баося силенок побольше будет, если она отправится с вами, мы сможем быть спокойны.
Служанки, находившиеся кто в комнате, а кто за ее пределами, все разом опустились на колени. На миг комната и двор заполнились стоящими на коленях девушками.
У Хуа Чжи слегка разболелась голова. Она не знала, как объяснить этим служанкам, что взять их с собой в дорогу – значит обременить их. Какими бы хорошими ни были их физические данные, они не выдержали бы долгой поездки верхом на лошади.
– Почему это у Баося силенок побольше? По-моему, так это я лучше всех в этом плане.
В комнате воцарилась тишина, а затем все взгляды устремились на Шаояо, которая одной рукой держала тарелку, а другой отправляла в рот пирожное.
В сердце Хуа Чжи что-то екнуло, но она тут же покачала головой:
– Если бы речь шла о паре дней, я бы с радостью тебя взяла. Но эта поездка туда и обратно займет как минимум дней двадцать. А что, если твоему господину что-то понадобится, а тебя не будет на месте?
Это легко