Водяной 9 - Константин Паули

Я бросил короткий взгляд на Василису.

— Брехня, — отмахнулась она. — Кощей был могущественным магом древности. И если он кого-то и отправлял в сон, то только в один — Вечный. Давай лучше обобщим то, что знаем наверняка. Есть двоедушники, способные ввести человека в состояние условно-летаргического сна. Верно?

— Змора, Витряник, Босорконь, да тот же Упырь, — перечислил я, кого знал. Очищенные клубни картофеля я сразу опускал в миску с холодной водой, так они не потемнеют на воздухе и отдадут лишний крахмал, чтобы в горшочке кусочки сохранили форму, а не превратились в кашу. Также я почистил морковь, отправив её в ту же миску. — Но в первую очередь это всё-таки Ведьмы. Только вот если бы это была Ядвига, она бы не ломала такую комедию с тем, что не может разбудить Олесю. Не говоря уже о том, что у неё вообще нет ни единой причины так поступать с дочкой Тамары.

— Давай просто перечислим все возможные варианты, — твёрдо произнесла Василиса. — Я, к слову, тоже на такое способна. Так что смело включай меня в список подозреваемых.

— Тогда уж, чтобы быть до конца последовательными, добавим туда и саму Кикимору, — хмыкнул я, вытирая руки полотенцем. — Кикиморы и Русалки на такое способны, причём у нас в посёлке прекрасно представлены оба вида. Может, это своеобразное проклятие матери-двоедушника?

Василиса молча кивнула. Она придвинула к себе ноутбук, откинула крышку и, запустив электронную таблицу, принялась вбивать варианты.

1. Ядвига.

2. Василиса.

3. Тамара.

4. Марина.

Я вылил воду из отмокавших глиняных горшочков и вытер их насухо. Взяв нож, принялся за нарезку. Главное правило хорошего жаркого, это одинаковый размер. Я резал овощи и мясо аккуратными кубиками, примерно два на два сантиметра, чтобы в горшочке они приготовились одновременно, обмениваясь вкусами. Очень скоро стало ясно, что с объёмами я погорячился, нарезанного с лихвой хватило бы на то, чтобы устроить званый ужин всему посёлку. Пришлось достать пластиковый контейнер и отложить часть заготовок, пойдёт на рагу завтра.

— Магические артефакты, это ещё одна версия, — я на секунду поднял палец, привлекающий внимание Василисы, а затем плеснул на широкую чугунную сковороду немного растительного масла. — Их мог применить даже не Двоедушник, не фанатик, а просто случайный человек. Могли новые жители притащить в посёлок что-то такое-этакое? Или наши горе-археологи что-то накопали?

Пока рассуждал, масло нагревалось, и я закинул на сковороду кубики мяса. Оно зашипело, схватываясь румяной корочкой.

— Ну, я специально не проверяла, — задумчиво протянула Василиса. — Вообще, событий и людей стало так много, что я даже перестала сканировать новеньких. Но по моим ощущениям, танк был, а вот артефактов не было.

— Мне тоже так показалось, — кивнул я и тут же чуть заметно поморщился.

Я резал овощи, и лезвие соскользнуло по пальцу. Я не подал вида, лишь на мгновение обратился к силе Мегалита, лёгкое покалывание, и порез бесследно затянулся. Быстро ополоснув под краном палец, лезвие ножа и разделочную доску, я вернулся к плите. Отправил к подрумяненному мясу лук с морковью, а следом и грибы.

— Но ты всё же вписывай. Мало ли. Это же не обязательно веретено?

— Нет, не обязательно, внешний вид артефакта не так важен, — согласилась Василиса, вбивая новую строчку в таблицу. — Также это может быть зелье или ритуал. Собственно, поэтому главные подозреваемые это Ведьма и я, как Маг. Но отдельные подпункты я не расписываю. По мне, так важен не метод и не орудие, а сам «подозреваемый», именно тот, кто это сделал, а уж чем, не так важно.

— Слушай, а немагическую причину мы точно исключаем? — спросил я, убавляя огонь под сковородой. Аромат жареного мяса и овощей заполнил кухню.

— К сожалению, наука нам не поможет, — вздохнула Василиса. — Мы с Ядвигой, изучая Олесю разными методами, пришли к однозначному выводу, у неё нет ни заболеваний, ни запрещённых веществ в крови. А вот артефакт или ритуал исключить нельзя, присутствует фоновый остаточный след магии неясной природы. Прямо как от отравленного яблочка. Хотя рядом ни огрызков, ни пустых флаконов, ничего подобного. Но, отвечая на твой вопрос про естественные причины, которые позволили бы нам развести руками и сказать, что это не наша стезя, мы исключаем. К сожалению. Так было бы куда проще.

— Но это не наш путь, — хмыкнул я.

Сняв сковороду с огня, я приступил к сборке. На дно горшочков легли кубики сырой картошки, она будет томиться в мясных соках. Сверху я аккуратно, стараясь не приминать, выложил обжаренное мясо с грибами и овощами. И снова ингредиентов оказалось слишком много. Я мысленно закряхтел, словно Спиридон Ильич. Трамбовать жаркое категорически нельзя, не останется места для свободной циркуляции пара и бульона. Пришлось достать ещё один контейнер для излишков, а в горшочки долить немного горячей воды. Сверху приправил крупной солью и перцем.

Я накрыл горшочки глиняными крышками и отправил в холодную духовку, выставил температуру на 180°C. Глина не терпит резких перепадов и может лопнуть, поэтому нагреваться ей нужно постепенно, вместе с печью.

Оставалось лишь мелко нашинковать укроп и петрушку, зелень я отложил на край стола, чтобы посы́пать уже готовое, дымящееся блюдо перед самой подачей. Убрав контейнеры в холодильник, я открыл кран, пустил воду и принялся мыть посуду. Вода всегда действовала на меня умиротворяюще. Это был не просто финал готовки, а своеобразная медитация, возвращающая мыслям ясность и настраивающая на ровный их лад.

Именно эта монотонная работа всегда помогала мне нащупать верные ответы.

Василиса тем временем, хмурясь, скроллила страницы в ноутбуке, ковыряясь в интернете. Нам не хватало достоверных источников, их в нашей специфической сфере попросту не существовало. Разве что какая-то закрытая аналитика Инквизиции. Вспомнив про эту могущественную, но далеко не всегда полезную в нашей жизни организацию, я невольно поёжился.

— Слушай, — я закрыл кран и стряхнул воду в раковину. — Ты Денису отчёт по Распутину отправила? Так сказать, о проделанной работе? Свой и мой?

— Да, оба ушли, — она не отрывала взгляда от экрана. — Но ты легко отделался. Нацарапал на полстраницы какую-то отписку и всё. А мне пришлось расписывать детали.

— Ну извините, я не писатель! — я поднял вверх руки, словно сдаваясь.

— Не писатель он… В общем, я заполнила твои смысловые пробелы и отправила. В ответ пришло