Водяной 9 - Константин Паули

— Мы официально требуем сообщить местонахождение Баюна Романа, — Ипполит упрямо гнул свою линию. — Отсутствие прямого ответа я буду расценивать как злостное создание помех инквизиционному правосудию.

— С чего Вы вообще взяли, что я откажусь отвечать? — тут же парировал я, изобразив искреннее оскорбление. — Отвечу, конечно.

— Я жду, — процедил Ипполит, не меняя каменного выражения лица.

— А вот Вам и ответ: я лично выясню, где и в каком состоянии находится Олеся Крикунова, после чего доложу Инквизиции официальной депешей.

— И каким, позвольте спросить, образом эта Ваша самодеятельность отвечает на мой вопрос о том, где сейчас находится Двоедушник Роман⁈ — уже не сдерживаясь, в полный голос рявкнул Ипполит.

— А Вы спросите меня ещё раз, — я шагнул ближе, глядя ему прямо в глаза. — Не стесняйтесь. Спросите снова. Десять раз задайте один и тот же вопрос. Двадцать. Пятьдесят. Сто. Думаете, я не отвечу? Да я Вам хоть сто раз выдам свой абсолютно прямой и честный ответ: я выясню, что с Олесей Крикуновой, и доложусь.

— Да плевать мне на эту Крикунову! — тяжело дыша, почти уже проревел Ипполит.

— А Вы побейтесь в истерике, Ипполит, побейтесь. Спрашивайте, ну же! Я Вам снова и снова повторю. Вы тут у меня без сил валяться будете, а я всё равно отвечу, корона с меня не упадёт: выясню, где и в каком здравии сейчас Оле…

— Хватит! — яростно перебил меня багровый от гнева инквизитор.

— Нет, не хватит. Я ещё не устал, — ледяным тоном ответил я. — Хотите искать его сами? Валяйте, флаг в руки. Но пока я вижу лишь упёртое нежелание Инквизиции сотрудничать с Двоедушниками Колдухина. А как следствие, вопиющую некомпетентность и отвратительно низкую культуру общения.

— Не Вам судить, какой я инквизитор, — он угрожающе потянулся к поясу. Вероятно, за спецсредством.

— И уж точно не Вам судить, какой я почтальон. Отменный, доложу я Вам. Все адресаты довольны, можете походить по дворам, поспрашивать у бабушек. А сейчас, — я демонстративно посмотрел на часы, — я приглашаю Василису Александровну на обед. Время тик-так. Картофельное пюре само себя не приготовит и уж тем более не съест.

— Я, пожалуй, немного задержусь, — спокойным голосом ответила Василиса. В отличие от меня, ей удавалось сохранять приличествующее лицо и не идти на открытый конфликт с Инквизицией.

— Жду у себя, — я пожал плечами и вышел, оставив за спиной гневное сопение, скорее всего, Дениса, обращённое к его коллеге.

Она не поругалась. А я что? Я почтальон, в моём функционале не прописана обязанность всем нравиться. Может, троллинг проблемных клиентов, это вообще бесплатная опция из нашего устава.

Прыгнув в УАЗ, я рванул до «Пятёрочки». Залетел внутрь, на ходу скидал в корзину пиво, готовые салаты, сосиски и воду. Вернувшись к машине, я открыл заднюю дверь и прямо с площадки багажника шагнул в Навь.

* * *

— Так быстро? — искренне удивился Руслан моему появлению.

— Ага, — я сгрузил шуршащие пакеты прямо на холодные камни Нави. — Так, ребятушки… Дело дрянь. За Романом примчалась кавалерия опричников. Арестовывать хотят.

— Э-э-э… Что? — Баюн мгновенно побледнел.

— Видишь, как здорово с нами дружить, Рома? В критической ситуации прикроем, — я по-отцовски положил руку ему на плечо.

— И что ему делать? Бежать? — Руслан в секунду растерял всю расслабленность, подобрался и стал серьёзным.

— Как ни странно, но прямо сейчас самое безопасное место — здесь, у Смородины. Допускаю, что они уже задействовали поисковые артефакты, но обломались тупо потому, что Рома не в Яви. Сидите тут до посинения. Никуда не уходите.

— А если всё-таки смогут прорваться сюда? Дядя Миша говорил, они ребятки серьёзные, — не унимался Оборотень, оглядывая взглядом окрестности. — Мало ли какие у них артефакты есть. Они за века много чего изъяли.

— Тогда… — я задумчиво посмотрел в костёр. — Если вдруг такое случится… Ефим, сможет обернуться Драконом и перекинуть Романа на пару километров по ту сторону реки.

Вместо долгих объяснений я отцепил с пояса свой кнут и молча всучил его Роману.

— Зачем это? — Баюн растерянно покрутил в руках тяжёлую рукоять. Он уже видел кнут в бою, но явно не понимал, что ему, неопытному, делать с мощным артефактом.

— Для устрашения. Не паникуй раньше времени. Инквизиция не погонится за тобой по Нави, это вообще не их юрисдикция. Сунутся, рыпнутся, побродят, потрындят и свалят. Главное — респираторы им не давайте. Без них они тут долго не протянут.

— Понял, принял, — кивнул Руслан, окончательно переходя в режим готовности. — Давай-ка мы тебе на всякий случай штурмовой рюкзак соберём, Ромчик.

— Что-то я вообще не горю желанием становиться нелегальным мигрантом в Нави, — жалобно пискнул Баюн.

— Это просто запасной план, — успокоил его я.

— А основной? — Роман, кажется, ещё никогда в жизни не был настолько испуган.

— Основной — ждать. Олеся проснётся, и всё моментально встанет на круги своя. А пока вы в осаде. Усекли? Всё, мне пора возвращаться, чтобы моё отсутствие не выглядело слишком подозрительно.

В кулинарии ситуация, когда сверху давят прессом, а снизу всё безжалостно шкварчит, называется приготовлением цыплёнка тапака.

В реальной же жизни это называется просто — звездец.

Я стоял на Озёрной улице, чувствуя себя именно таким цыплёнком. Только что перегнал свою «Буханку» от «Пятёрочки» к дому, заглушил мотор и теперь застыл у машины в какой-то прострации. На плечи давила невидимая тяжесть.

— Привет, Вадим. Чего хмурый такой? — раздался сбоку знакомый голос. В мою сторону шёл дядя Толя. — С машиной, что ли, проблемы?

— Ага, с ней. Как Вы догадались? — выдохнул я.

В критических ситуациях я всегда давал возможность людям самим догадываться и додумывать. Никогда не пёр против их простых, бытовых предположений. Людям всегда проще поверить в сломанный карбюратор, чем в то, что их скромный сельский почтальон — Водяной. И уж тем более в то, что этот самый Водяной умудрился вдрызг разругаться с Инквизицией из-за едва знакомого Кота-Баюна, чей дед в советские годы работал здесь совхозным бригадиром.

Правда звучала как бред при температуре сорок. Сломанная машина в качестве оправдания подходила куда лучше.

— А всё потому, что «Буханка»