Водяной 9 - Константин Паули

Шум мотора окончательно стих вдали, и я, всё так же по кустам, зачем-то всё ещё скрывая своё присутствие, вернулся к Ботанической Станции.

— Мишку к Смородине-то увёл? — неожиданно громко спросила Ядвига. Она даже не повернула головы в мою сторону, поэтому я не сразу сообразил, что вопрос адресован мне.

— Увёл, — ответил я, выходя из кустов.

— Ну, значит, и мне пора собираться, — она стряхнула с себя образ сварливой старухи и по-деловому хлопнула ладонями. — Бери-ка самовар, Вадим, а я заварку да гостинцы прихвачу, и почапали. Чего они там в мире мёртвых сидят, как дураки, без чаю? Нужно же людям хоть какой-то уют организовать, а то совсем скиснут. Без горячего чая посиделки нигде не получаются, даже в Нави, сплошная тоска. Нужно им нормальный походный вайб организовать.

Портал уже мерцал открытым зевом. Мы с Ядвигой стояли на самом его «пороге», готовые шагнуть в Навь, когда раздался звонок моего телефона.

Высветилось имя: Василиса.

— Да, привет! Как ты? Что-то случилось? — я обрушил на неё целый шквал вопросов, чувствуя неладное.

— Я оставила Денису ключи от опорника. Поехала в райцентр… якобы документы отдать, — её голос звучал устало.

— Хочешь, заберу тебя в Навь?

— Да… — выдохнула она. — Сейчас ведь там большая часть наших, верно?

— Ну да, сидят у костра, байки травят, пиво попивают.

— Мне нужна передышка от этих инквизиторов. Врать им я уже не могу, а правду говорить тем более не хочу.

— Как я тебя понимаю, — усмехнулся я. — Сам такой же. Думаешь, почему я сцепился с Ипполитом? Конфликт — это идеальное, контролируемое состояние, позволяющее не отвечать на неудобные вопросы.

Краем глаза я уловил движение. Ядвига сверлила меня взглядом из-под нахмуренных бровей, в котором абсолютно прозрачно читалось: «Чего резину тянешь? Завязывай с разговорами и пошли уже».

— Ты где сейчас? — перешёл я к делу.

— На дальнем краю пляжа. Машину спрятала за деревьями, чтобы с дороги не видно было.

— Жди. Еду к тебе.

Пришлось отправить ворчащую Ядвигу в портал одну. Наблюдать за тем, как она в одиночку тащит в Навь пузатый самовар, было немного совестно, но выбора у меня не оставалось.

* * *

Я забрал Василису с пляжа, и перед тем, как отправиться к берегам Смородины, мы сделали крюк в реальном мире, заскочив в «Пятёрочку». Там я забрал все оставшиеся складные туристические стульчики. Шесть штук. Взял с запасом. Чтобы уже точно за ними не ездить.

Когда мы, наконец, оказались в Нави, у костра собрались почти все Двоедушники Колдухина.

Наше появление вызвало оживление. В первые минуты все бросились приветствовать Василису. Затем внимание на себя перетянула Ядвига, она всё ещё ворчала, припоминая мне брошенный на неё самовар. Началась суета с чаепитием, хотя организовать нормальные посиделки здесь было той ещё задачей.

Река Смородина воняла гнилью и серой. Тошнотворный запах напрочь убивал любую атмосферу уюта. Пока мы мотались туда-сюда, дядя Миша успел сварить в казане кашу. Он даже накормил ею Руслана, Ефима и Романа, эти трое уминали еду за обе щеки. Остальные к пище не притронулись, видимо, вонь с реки отбивала всякий аппетит. Теперь казан, укрытый крышкой, стоял на камнях, дожидаясь своего часа.

Большая часть компании сидела, натянув на лица респираторы. Василиса, окинув взглядом эту картину, тихо вздохнула. Она подняла руки, сплетая невидимые нити магии. Из её волшбы родился ветер. Он мягким, но непрерывным потоком потянулся в сторону реки, выдавливая зловонные испарения Смородины прочь от нашего костра.

Дышать стало заметно легче.

В прожорливое пламя костра легли свежие дрова, отчего в серое небо Нави взметнулся сноп искр, респираторы по-прежнему лежали у каждого под рукой. Однако пока сотворённый Василисой ветерок исправно гнал прочь вонючие испарения, мы могли позволить себе непринуждённо и свободно общаться.

В какой-то момент неспешные разговоры сами собой сошли на нет. Мы просто сидели и молчали. Мне даже показалось, что Ефим и Роман задремали, нелепо ссутулившись на своих складных стульчиках. Дядя Миша что-то неразборчиво ворчал себе под нос, не обращаясь ни к кому конкретно, наверняка был недоволен, что приходится сидеть без дела. Василиса смотрела в экран телефона, листая какие-то заметки. Тамара, которую Ядвига всё-таки уговорила отойти от кровати Олеси, чтобы выпить с нами чаю, сидела неподвижно. Она обеими руками обхватила железную кружку, пристроив её на коленях и смотрела стеклянным взглядом в никуда. То ли погрузившись в свои мысли, то ли позволив разуму отключиться и вовсе ни о чём не думать.

Позади послышались шаги. Это Руслан вернулся из Пещеры. В руках он нёс одеяла и пледы, вероятно, их с Ефимом запасы. Он молча и бережно укрыл плечи Тамары, Василисы и Ядвиги.

— Спасибо, Русланчик, — голос Ведьмы прозвучал неожиданно тепло. — Всегда говорила, что ты самый что ни на есть нормальный парень. Хочешь, я тебе невесту наколдую?

— Нет, — серьёзно качнул головой он. — Сначала надо отучиться, потом уже семью заводить.

— А ты учиться начал?

— Ага. Подал документы в строительный.

— Молодец… — Ядвига зябко повела плечами и огляделась. — Тоскливо тут, в Нави-то. Разочек, конечно, можно побыть для интересу, а так… мёртвое всё. Тоскливо. Вадим, а Вадим?

— Ась?

— Если до утра наши потерянные, живые и мёртвые, не объявятся, вертай меня обратно. Ладно? Я долго без своих цветочков и сада не выдержу.

— И меня, — отозвался дядя Миша.

Я молча кивнул. Было, конечно, понятно, что вечно прятаться от инквизиторов в мире мёртвых мы не сможем. Глянув на циферблат часов, я отметил, что время без четверти семь. Скоро в Яви начнёт темнеть.

— Смотрите! Смотрите! — вскрикнул Роман. Дремоту с него как рукой сняло. — Идут! Там, на другом берегу!

Баюн вскочил со стула, и растормошив Ефима, побежал к мосту. Рванул он один. Дракон спросонья совершенно не понял, что от него требуется, поэтому просто остался сидеть, растерянно озираясь по сторонам.

— Не вижу, зрение уже подводит, — Ядвига напряжённо сощурилась, вглядываясь в клубящуюся над рекой дымку. — Двое их там или одна? И вообще,