Обжигающий Север. Связанные рунами - Айлин Лин
- Ага! Работает! – обрадовалась я.
Мы снова принялись за сборы. Упаковали мешки для угля, тёплые покрывала, всё же нам предстоит ночевать в дороге, первая гостиница ждёт нас на подъезде к Тримхольду. Деньги были только у Рагнара, и я не хотела, чтобы он сильно тратился, переночуем и на улице, не привыкать.
Я приготовила для себя в дорогу мужские штаны и кожаную куртку, которые выменяла у деревенских на горшок топлёного масла. Глубокий капюшон плаща скроет мои шрамы, но всё же я сделала себе из шерстяной материи длинный шарф. Им можно обмотать лицо, не привлекая внимания.
- Криста, - Рагнар подкинул несколько поленьев в очаг, - ложись, завтра рано вставать.
- Только проверю свои руны.
- Не спеши, - усмехнулся великан, - я сам уже сходил, все на месте.
Значит, полночи знаки точно держатся.
- Если что отосплюсь завтра в телеге, хочу знать, насколько их хватит.
Великан пожал плечами и завалился на скамью, мгновенно засопев. Впрочем, и я не задержалась. Руны истаяли примерно через полчаса, долго ждать мне не пришлось.
***
Почти пустая телега громыхала по разбитой деревенской дороге, оповещая всех о нашем отъезде. Только селяне, итак, уже не спали, выходя из домов, махая рукой и крича вслед пожелания счастливого пути. Рядом с повозкой шагала Далия, с тревогой глядя на Рауля, парень тихо успокаивал мать. Но вот и она отстала, махая нам вслед. Дорога простёрлась среди леса, под еловыми кронами царил сумрак. Рауль в последний раз махнул матери, и повозка свернула в чащу.
- Волнуется за меня, после смерти отца вообще боялась одного в лес отпускать.
- Ничего, привыкнет, - Рагнар сидел на облучке, правя лошадьми, - всю жизнь под своей юбкой не удержит.
Скоро лучи солнца, точно светящиеся копья, пронзили полог леса, ожили птицы, перепархивая с ветки на ветку, их гомон разнёсся над дорогой. Телега вильнула ещё на паре поворотов и перед нами открылась Ледяная пустошь, Рагнар от неожиданности дёрнул поводья, заставив лошадей застыть на месте.
- Как это? – он спрыгнул с телеги, за ним следом Рауль и я.
Мы вышли к равнине, покрытой едва пробившейся ярко-зелёной травой.
- Вот так чудеса! – парнишка осторожно тронул носком башмака какой-то кустик, словно боясь, что тот в ответ его укусит.
Снег стаял до самого предгорья, да и там виднелись широкие, по несколько метров проплешины. Воздух быстро нагревался, и сама земля, казалось, дышала новой жизнью, спящей под проклятьем столько лет.
- Что же, выходит, здесь теплей, чем в Штабедорфе? – удивилась я.
- Там лес, а в нём всегда снег тает позже, - ответил Рагнар, он нагнулся, прихватив горсть земли, размял её между пальцами, - если так пойдёт и дальше, всю пустошь можно засеять рожью.
Рауль опустился на колени, провёл по траве рукой, ошарашенно глядя на землю:
- Сразу видно, что вы не местные… здесь снег не таял НИКОГДА! – последнее слово парнишка прокричал, и его подхватило странное эхо, будто духи земли сами удивились происходящему. - Думаете, в шутку эту местность Ледяной пустошью назвали?
- Мы видели: снег начал таять, когда покидали Костяной хребет, - невозмутимо ответил Рагнар, - проклятья нет, вот что это значит.
- Тогда и людоедов точно больше нет, - дрогнувшим голосом промолвил Рауль, - они ведь, как рассказывают старики, стражи хребта. Были ими… Вы ходили туда? В пещеры? – парнишка подскочил, глаза его загорелись жаждой приключений.
- Криста там побывала, - Рагнар подхватил под уздцы лошадок и повёл за собой, давая нам время налюбоваться новым непривычным видом пустоши.
Рауль подскочил ко мне:
- И как там? Груды золота и камней? Мы сейчас за ними едем?
Я чуть придержала шаг, удивлённо глядя на юношу:
- Откуда эти байки? Пещеры, каких много, самые обычные. Лёд, камни, сырость и больше ничего.
Рауль, не веря, сощурил глаза, приоткрыл рот для новых вопросов, но его перебил Рагнар.
- Наш ярл ездил сюда, чтобы принести жертву Бьорнмиру и снять проклятье, освободить ваши земли от людоедов.
Я только поддакнула, понимая, что враньём Рагнар пытается уберечь эти места от толп любителей сокровищ. Стоит Раулю сболтнуть, что старинное проклятье снято, и со всех окрестных деревень сюда хлынут авантюристы всех видов и мастей, да и не только они. Кому же не хочется раздобыть золотишка и побольше.
За разговорами мы и не заметили, как одолели большую часть Пустоши.
- Быть не может, - настал мой черёд удивляться, - в прошлый раз дорога заняла намного больше, - что происходит? – обернулась к великану, будто он и в самом деле знает ответы на все вопросы.
- Вспомни, время выкидывало странные вещи: вечная хмарь, солнца не видать, непонятно день или вечер. Шли мы медленно то пурга, то людоеды наседают по пятам. Вот и растянулся наш поход, - Рагнар говорил так, как заправский учитель объясняет малышам о правописании «жи» и «ши».
- Погоди, - я нетерпеливо махнула рукой, прерывая воина, - выходит, здесь будет теплее, чем в деревне и почва пригодна для посадок?
- Ха, - усмехнулся Рагнар, - по-моему, даже палку воткнуть, и та прорастёт.
- Так, так. А если нам построить здесь дом? Земля ведь наша, то есть твоя.
- Потом подарить его конунгу? – парировал брат, как я уже привыкла про себя величать Рагнара.
- Ты предлагаешь двадцать лет жить в холодной деревенской избушке? Срок большой, хочется провести эти годы в комфорте.
Дом на бывшей пустоши не просто дань нашему удобству. Во-первых: ближе к прииску, во-вторых: куча земли, пригодной для посадки, не в лесу же деревья корчевать, в-третьих – мы сами сможем отвадить отсюда любопытных, не бегая к Костяному хребту из Штабедорфа, чтобы обновить руны. Кругом одни плюсы.
Рагнар, кажется, уловил ход моих мыслей и призадумался:
- Если люди обживут эти места и в казну пойдут налоги, то конунг может и продлить срок владения. А может забрать себе.
- Тогда я просто обвалю те места, где есть уголь.
- Уголь? – Рауль встрепенулся, заслышав незнакомое слово,