Обжигающий Север. Связанные рунами - Айлин Лин

Взмахом руки остановила Кая, поднявшись, вслед за мной встал и ярл. Шагнула к нему, резко откинув глубокий капюшон, и широко улыбнулась, зная, как стягивают жуткие рубцы моё лицо, будто делят его на части рваными дорожками шрамов. Глаза ярла расширились, он едва заметно отступил.

- Вот видишь, - усмехнулась, накинув капюшон на голову, - твоя страсть уже поутихла. Уходи, Астор.

- Нет, Криста! – дёрнулся он точно от пощёчины, - я люблю тебя и такой.

Кай, проворно, словно капля ртути, возник между нами:

- Ты слышал Кристу.

- Прочь, - прошипел ярл, вынимая меч из ножен.

Рыжий обнажил оружие, отодвигая меня в сторону:

- Криста достойна беззаветной любви, о которой ты и не знаешь, трус.

Астор подался вперёд, занося меч.

- Ну уж нет! – разозлилась не на шутку, руки сами взметнулись вверх, Альгиз полыхнула так ярко, что стало светло словно днём. Я поставила защиту на обоих мужчин… друг от друга. И сработало!

Ошарашенные, они очухались в разных углах двора. Астор подскочил, подняв отлетевший меч и, не оборачиваясь, скрылся с глаз. Кай выбрался из-под свалившейся на него поленицы, глядя на меня недоверчиво и… жалобно? Он почти прошёл мимо.

- Кай! Постой! – метнулась к нему, схватив за плащ, - я…

И растерялась. А что, собственно, я? В душе бушевала буря эмоций, но ошибка могла дорого мне стоить. Нам обоим.

- Я… Ты мне тоже нужен, - выдавила из себя, боясь не услышать главных слов в ответ.

- Что горит?! – выбежал из-за угла хозяин, - где?!

- Вам показалось, уважаемый, - усмехнулся Кай, украдкой прижимая меня к себе, - молния, наверное.

- С ума все посходили, - заворчал мужик, направляясь обратно.

Ночь окутала нас тончайшим покрывалом тишины, я убрала рыжие пряди, заслонившие лицо мужчины, утонув в омуте зелёных глаз. Тёплые губы коснулись моих, где-то робко запел соловей, по коже побежали мурашки, но сильные руки, обнявшие мой стан, прогнали дрожь. Дыхание Кая отдавало солоноватым привкусом моря и сладостью нектара, я боялась шелохнуться, чтобы не прервать этот миг.

- Криста! – раздался со двора голос Рагнара.

- О нет, - хохотнул Кай, - нас никогда не оставят в покое, - он взял меня за руку, потащив за собой, - бежим!

- Добрались, - Рагнар рассматривал высокие ворота Эйлесунна из таких огромных брёвен, что я удивлялась, как их вообще выдерживают стены, хотя и те не уступали, в добрых три локтя шириной.

Мы чуть придержали коней, любуясь открывшимся перед нами видом. Столица Ландветтира и впрямь поражала воображение. Она находилась на рукотворном острове, со всех сторон город огибала река, вернее, ров, шедший от самого русла. За стенами раскинулись роскошные сады, сейчас набирающие цвет. Дома проглядывали сквозь ветви, глазами-окнами примечая путников. Никаких лачуг и землянок, сплошь каменные особнячки, впрочем, везде одноэтажные. Живые изгороди отделяли один сад от другого, их тёмно-зелёная, точно покрытая лаком листва, была усыпана мелкими белыми звёздочками цветов.

- Кто тут живёт? Только родные конунга? – удивилась я.

- У Стейнвульфа всей семьи – три человека, - нехотя ответил Рагнар. Брат всё ещё дулся за нашу вчерашнюю проделку.

Полночи он дожидался нас с Каем в моей комнате, а потом отчитал, как малолетних шалопаев. Перечить рассерженному великану мы не посмели. Я и сама понимала, что виновата, но удержаться от мимолётного приключения была не в силах.

Прикусила припухшую от поцелуев губу, обернулась к рыжему, который подмигнул мне, лучезарно улыбнувшись. Сама не знаю, что вчера произошло. Мы целовались так жадно и долго, словно это наша последняя ночь. Говорили… ни о чём, смеялись, жевали пирожки, которые Кай стащил прямо с подоконника зазевавшейся хозяйки, оставив вместо тарелки серебряную монету.

Астор был мрачнее тучи, вообще избегая встречаться с нами даже взором. Осмунд и Сорен удивлённо переглядывались, но спросить ни о чём не решались.

Я первая пустила лошадь шагом, прервав затянувшуюся тишину. Платье не мешало верховой езде, широкими волнами ложившись на круп кобылки. Одеваясь утром, упросила служанку за мелкую монетку принести мне медное зеркало из спальни хозяев. Покрутилась, любуясь отражением. Моё тело немного округлилось, там, где надо. Пошире стали бёдра, грудь больше не напоминала доску. Тонкая талия, перехваченная белой лентой, могла соперничать с осиной. Даже шрамы как-то не так выделялись на лице, где сияли синие глаза, подчёркнутые глубоким кобальтовым цветом платья. На шее подмигивал лазоревыми искрами кулон, который подарил мне Кай, к нему отыскались, серьги того же цвета и широкий браслет. Волосы я заплела в простую косу, короной уложив её вокруг головы, накинула сверху платок, но тут в комнату ввалился Кай:

- Даже не думай, - решительно снял он головной убор, чмокнул меня в губы и провёл ладонями по щекам, одевая лицо мороком.

- Боюсь, вдруг иллюзия исчезнет, - поёжилась, представив это.

- Я предпочёл бы видеть тебя вообще без неё, - улыбнулся рыжий, - но так тебе будет спокойней.

- Правда? – в голове не укладывалось, что мужчина может смотреть на меня с такой нежностью, без, ставшим уже привычным, страха или содрогания.

- Криста, - вздохнул Кай, - я буду любить тебя, даже если ты станешь похожей на ту Лломму, в пещере людоедов.

Вздрогнула, вспомнив страшную статую.

- Тело лишь оболочка, - наклонился к моему уху рыжий, едва касаясь его губами, отчего в груди сладко заныло, - душа, чувства, эмоции – вот что важно.

- Эй, Криста, ты что, заснула? – раздался голос Рагнара, вырвав меня из трепетных воспоминаний ночи.

Я оглянулась, мы ехали по широкой улице, мощёной камнем, но как сюда попали, даже не запомнила. Особнячки сменились магазинчиками, лавками, чистенькими тавернами, скорее ресторанчиками: отделанные резьбой, они совсем не походили на те забегаловки, что были в других городах. Народ на улицах мало напоминал загруженных бытом жителей Тримхольда или Нордгарда. Мужчины под руку с женщинами неспешно прогуливались в тени деревьев, дети отыскивали первых жуков, устраивая соревнования между ними на тропинках. Даже прислуга, спешившая по поручениям хозяев, здесь была другой: добротная одежда, уверенный взгляд, чуть горделивая осанка.

- Эйлесунн совсем не похож на другие города, - сказала я Каю, который ехал рядышком.

- Он создан для того, чтобы поведать о величии конунга, - усмехнулся рыжий, - здесь живут приближённые Стейнвульфа: богачи, сумевшие выкупить дорогие дома, ярлы, охраняющие покой правителя