Обжигающий Север. Связанные рунами - Айлин Лин

Столица была маленькой и уютной и больше походила на квартал, сбежавший от Тримхольда. Скоро дорога нас вывела к площади, границей которой служили высокие кованые ворота, возле которых нас уже поджидали.

На длинноногой лошадке гарцевал молодой парень, развлекаясь тем, что срубал мечом листочки с веток.

- Это Флоки, - махнул ему рукой Осмунд.

Нас проводили к дворцу – невысокому, всего в два этажа, но отделанному изысканным молочно-белым мрамором, которые светился на солнце розоватыми прожилками.

- Стейнвульф не разрешает строить в столице дома выше одного этажа, чтобы не обошли его дворец, - хихикнул Кай, предложив мне руку.

Широкий коридор закончился внушительными дверьми, и мы вошли в просторный зал, где уже был накрыт длинный стол для пира. На дальнем его конце возвышались резные кресла для семьи конунга.

Сам правитель, невысокий, толстый, как бочонок и подвижный, точно белка, к тому же такой же рыжий, резво подскочил из-за стола, ведя под руку свою сестру, на один шаг позади шёл сын конунга, Роальд, молодой мужчина с болезненным видом.

- Астор! – загромыхал по залу неожиданно сильный голос, - рад приветствовать всех вас!

Конунг остановился, поджидая нашу процессию. Мы подошли и поклонились, Стейнвульф подвёл к Вигго невесту.

Она была… страшной: кривые зубы, поломанным штакетником торчавшие из-под нижней губы, серая рыхлая кожа, распухший нос картошкой, редкие волосы, прикрытые богато вышитым платком. Молодая женщина мучительно покраснела, едва переставляя ноги и вцепившись в брата, так что побелели костяшки пальцев.

Я наблюдала за ней. Мне болезни всегда виделись словно поломка. Всё равно, что у машины оторвать колесо и прилепить на лобовое стекло, эдакая, «неправильность конструкции». Вот и сейчас передо мной была «поломанная».

Вигго подошёл ближе, приняв руку Рунгерд, стараясь не глядеть на невесту. Вид его был мрачен.

Я дёрнула Сорена за рукав, тан недоумённо обернулся.

- Можно мне поговорить с Рунгерд? – шепнула ему.

- Сейчас не время, Криста, - ещё больше удивился мужчина.

- Всего одну минуту, это важно.

Сорен кивнул и вышел вперёд:

- Стейнвульф, с нами приехала Криста, знаменитый мастер рун Скейдланда, она просит твою сестру уделить ей минуту внимания.

Конунг глянул озадаченно на меня, но кивнул. Женщина боязливо топталась на месте. Подошла к ней и сняла морок с лица:

- Мне кажется, я могу тебе помочь.

Услышав эти слова, Рунгерд сама утащила меня к невысокой дверце, за которой скрывались чьи-то покои.

- Ты эриль! – женщина захлопнула дверь, обернувшись ко мне, - но брат приглашал сюда многих, никто не смог помочь.

- Но ты ведь ничем не рискуешь, - улыбнулась ей в ответ.

- Верно, - кивнула Рунгерд, - почему не вылечишь себя?

- Мне эти отметины подарили боги, от такого не избавиться, - развела руками, - присядь, - я провела её к лавке под окном.

Осмотрела лицо, ощущение, будто его кто-то сильно сжал, поломав кости.

- Что с тобой произошло?

- Я упросила матушку показать мне рынок Тримхольда, - глаза женщины затуманило воспоминанием, - потерялась в толпе, куда-то делись служанки, а потом передо мной возник человек, весь в чёрном. Он схватил меня за подбородок костлявыми пальцами, стало так больно. Очнулась я уже дома, - плечи Рунгерд поникли.

Эге, да наш эриль отметился и здесь. Я не сомневалась, что виновник болезни сына кузнеца, сестры конунга и мастер рун, который поднял драугов – один и тот же тип. Эрили сами по себе редкость, а чёрные и подавно.

Руки мои окутал уже привычный ореол. Перед глазами поплыло, и я увидела тёмную паутину, будто приросшую к лицу Рунгерд. Потихоньку вытаскивала нить за нитью из-под кожи, выправляла кости. Женщина терпела, хотя я понимала, как ей сейчас больно. Лишь слезинка скатилась по щеке невесты, да дыхание сбилось.

Не знаю, сколько прошло времени, лоб привычно покрылся испариной, руки подрагивали, но Рунгерд преобразилась.

- Твоё лицо будет меняться несколько дней, я исправила всё, но болезнь застарелая.

Сестра конунга рванула к маленькому зеркалу, едва не сбив меня с ног, схватила его ладонями, вглядываясь в отражение. Пока мне удалось поправить цвет лица и выровнять более-менее зубы, но руны ещё работали, Рунгерд вновь станет красивой.

- Чудо, - шептала женщина, не веря глазам, - как тебе удалось? Родители, а потом брат приглашали к нам всех лекарей и эрилей, которых только получилось отыскать.

Я лишь пожала плечами:

- Может, всё дело в искреннем желании?

В дверь тихо постучали, намекая, что аудиенцию пора заканчивать. Рунгерд поднялась, расправив плечи, на глазах преобразившись. Она вышла в зал, и разговоры смолкли. Стейнвульф громко икнул, подавившись элем.

- Сестра? – конунг с какой-то опаской приблизился, взяв женщину за руку.

Лицо Вигго просияло, он с благодарностью посмотрел на меня, улыбнулся и кивнул, приблизившись к невесте:

- Позволь, Стейнвульф, место Рунгерд подле меня.

Конунг передал руку сестры будущему мужу, тайком смахнув слезинку с глаз, и повернулся уже ко мне:

- Мне не приходилось ещё видеть подобного мастерства. Что ты желаешь в награду? Золото, дом в Эйлесунне? Здесь тебе будут рады.

- Ни того ни другого, - улыбнулась в ответ, - позволь жителям земель, которые принадлежат моему брату, Рагнару, беспошлинно торговать в Тримхольде.

- Да хоть во всём Ландветтире, - охотно согласился Стейнвульф, усаживая меня рядом с собой, - завтра утром нужные бумаги будут у тебя.

Первая оторопь прошла, гости приступили к угощению, а собрал конунг в зале, наверное, большую часть жителей города. Зашумели разговоры, полилась музыка, отовсюду слышались здравицы в честь молодых. Довольный жених гордо поглядывал на свою невесту, а та лучилась счастьем.

- Криста, - Кай внезапно появился за плечом, - ты забыла про морок.

Я вздрогнула, и верно, совсем не подумала. Оглянулась, но никто и внимания не обращал на мои шрамы.

- Смотри, - рыжий положил ладонь мне на руку, - люди видят твою истинную красоту, не замечая недостатков. Мои плечи расслабились, дыхание выровнялось. Кай вклинился между мной и одним из ярлов Стейнвульфа.

- Тебе ещё не наскучило здесь?

Кивнула в ответ, указав взглядом на Рагнара, с подозрением глядевшего на нас.

- Ничего, - отмахнулся Кай, - мы немножко погуляем в саду, грех не насладиться такой красотой.

Наши иллюзорные двойники остались за столом, впрочем, ненадолго, первое же прикосновение разрушит морок, а мы сбежали из дворца. Блуждали, обнявшись, по тропинкам, скрытые деревьями и кустами, валялись на молодой травке. Кай