Клон. Запоздавшее счастье - Габриэлла Лопез
Саид внимательно, с большим любопытством наблюдал за взрослыми.
— Здорово! — сказал он. — У нас все всегда получается на отлично! Лучше, чем у всех остальных, правда?
— Конечно, правда, — уверенно кивнул Сесеу. — И мама тоже это прекрасно понимает, только до сих пор не хочет почему-то в этом признаться.
Ночью Сесеу и Рания никак не могли насладиться друг другом.
— Тише, — шептала Рания, прижимаясь к мужу, — Саида разбудим. Мы прямо с ума сошли...
— Не разбудим! — весело отмахивался Сесеу. — Парень набегался и спит без задних ног. Мы с ним досыта накатались днем на роликах. Он меня загонял вконец. Такой спортивный мальчишка!
— Он вообще очень способный, — гордо ответила довольная Рания. Какой же матери не понравится, когда нахваливают ее ребенка. — Так бойко болтает на стольких языках! Общительный, живой... Я думаю, он будет великим ученым.
— Почему именно ученым? — засмеялся Сесеу, поглаживая ее руку.
— Ну, не знаю... Он такой способный, — повторила она, почти засыпая. — Я такая счастливая! Только...
— Что только? — слегка насторожился Сесеу.
— Да нет, ничего, — ушла от ответа Рания.
Ей не хотелось рассказывать мужу о звонке и визите сестры.
Рания вспомнила голос Амины, который дрожал и бился о трубку. Рания страшно испугалась.
Сначала она обрадовалась, услышав давно пропавшую сестру, но потом...
— Мы погибаем, — бормотала, как заведенная, Амина, — мы погибаем... Рания, прости меня, но я хотела быть с ним... И была бы дальше... Но еще был Муса... Я летала к нему в Марокко... А сейчас у нас настоящая беда... Мы погибаем...
— Подожди, подожди! — торопливо прервала ее обеспокоенная Рания. — Я пока ничего не понимаю. Почему вы погибаете? Какой Муса? Расскажи все по порядку. А вообще, лучше всего приезжай. Возьми такси. Ты знаешь наш адрес? Как ты нашла меня? Я ведь не могла тебя отыскать в Нью-Йорке, хотя и пыталась.
— У меня все есть, — прошелестела сестра. — Я сейчас приеду и все расскажу...
Когда Рания увидела сестру, то испугалась еще больше. Амина стала напоминать изваяние — белая, неподвижная, страшно худая, с измученным лицом и тоскливыми глазами.
— Что с тобой?! — в ужасе вскричала Рания. — Садись, рассказывай... Я накрою на стол.
Тотчас примчался Саид и с любопытством уставился на гостью. Он ее уже почти не помнил.
— Как он вырос, — отметила Амина.
— А ты помнишь тетю? — обратилась Рания к сыну. — Это твоя тетя Амина.
Мальчик отрицательно помотал головой и тотчас бойко вскарабкался на колени к Амине.
Она неловко прижала его к себе и погладила по голове. Вдохнула теплый запах ребенка. И слабо улыбнулась.
— Ну, вот! — обрадовалась Рания. — Уже лучше! Рассказывай.
Долгий и путаный, местами бессвязный рассказ сестры поверг Ранию в ужас, ее охватила паника. Проснулась острая боль за сестру, за ее неудавшуюся судьбу.
Саид, мало что понимая из разговора, быстро соскучился и убежал к себе. Сестры продолжали беседовать.
— Нанду давно где-то раздобыл ваш номер телефона и адрес, — тихо говорила Амина. — Только скрывал их от меня. Я случайно нашла в его записной книжке. После нашего провала в Марокко Нанду совершенно замкнулся, стал злым, просто бешеным... Кричал на меня... Даже поднимал руку... — Амина содрогнулась, вспомнив все пережитое. Рания молчала, сжав ладонями виски, и слушала. — Он уходил обычно из дома рано утром и возвращался за полночь. Иногда не ночевал дома. Ничего мне не рассказывал, ничем не делился. А если я пыталась его расспросить о его делах, начинал орать... Стал все чаще принимать наркотики. Кололся. Я все время находила дома шприцы и ампулы... Мои деньги закончились, я сняла все со своего счета, чтобы выжить — Нанду денег мне не давал вообще. А потом... Потом он как-то пришел домой в приподнятом настроении, чересчур веселый. Я думала, опять наркота, но он вдруг бодро заявил мне: «Все, черная полоса кончилась! Теперь мы заживем! Я нашел новый канал связи».
Амина замолчала, невидящими глазами глядя в окно. Рания подвинула к ней ближе остывшую чашку с зеленым чаем. Амина автоматически взяла ее и сделала глоток. Затем поставила чашку на стол, посмотрела на сестру совершенно мертвыми глазами и продолжала свой горестный рассказ:
— Я обрадовалась. Даже очень. Поверила ему... Какая же я дура! Но сначала мы действительно зажили неплохо: появились деньги, и я купила себе новые вещи и кое-что для дома... А Нанду опять загулял, стал снова шататься по кабакам, по девкам. Неделю назад его арестовали... Пришла полиция, обыскала квартиру. У нас нашли много наркотиков. Нанду крикнул мне, когда его уводили: «Меня подставили! Продали! Какая-то сволочь! Немедленно уезжай домой!» Я нашла в его записной книжке ваш телефон... Рания, я не знаю, что мне теперь делать...
В первом порыве Рания хотела предложить сестре остаться у них. Но она тотчас вспомнила Сесеу, который резко отзывался о Нанду и больше не желал иметь с ним никакого дела, а поэтому остановила саму себя, осеклась на полуслове. Нет, пока приглашать сестру в дом нельзя, надо подумать, посоветоваться с Сесеу. И вообще... Может быть, это даже опасно — поселить здесь Амину. Ведь Нанду арестован и она тоже под подозрением. Так легко навредить и себе, и Сесеу, и главное — Саиду.
Рания смешалась, но Амина, погруженная в себя и в свою боль, ничего не заметила. И хорошо, иначе бы она смертельно обиделась на сестру, а Рании сейчас вовсе не хотелось ее обижать, причинять новые страдания и опять обострять отношения. Она была очень рада, что сестра нашлась, пусть даже при таких страшных, тяжелых обстоятельствах.
— Этот Нанду, — гневно сказала Рания, — я никогда его не любила.
Она кривила душой: когда-то Нанду, всегда живой, веселый, смешливый, ей был вполне приятен и симпатичен, и она искренне верила, что сестре будет с ним хорошо. Она ошиблась, Но Амина обожглась куда больнее.
— А как ты думаешь, — спросила Амина, — Нанду дал мне правильный совет? Может, мне действительно стоит уехать в Марокко? Но меня ведь не примут ни родители, ни другие родственники... Или вернуться в Бразилию? Только что я буду там делать, как жить?
— Это и правда все очень непросто, — отозвалась растерянная и подавленная Рания. — Я не знаю