Терапия смехом. Как научиться радоваться жизни, быть стрессоустойчивым и позитивным - Рос Бен-Моше
Фрейд отмечает, что шутки строятся на взаимодействии между рассказчиком и слушателем. Общее ощущение веселья и товарищества достигается, когда оба громко смеются, показывая тем самым, что они поняли шутку. В работе «Остроумие и его отношение к бессознательному» Фрейд пишет, что «шутка начинается с игры, и мы черпаем наслаждение из высвобождения абсурдного; однако она может послужить и более высокой цели, такой как борьба с подавлением, противостояние критическим суждениям и угнетению»[88].
Не знаю, к каким шуткам применимы столь глубокие размышления. Может, к таким:
– Как называют человека, который продал свою печень?
– Обеспеченный.
Чаще всего шутливые взаимодействия и спонтанные остроты возникают в ответ на повседневный опыт: неудачи, оговорки, несоответствия, социальные наблюдения и каламбуры. Однако иногда, несмотря на благие намерения, шутка граничит с оскорблением. Именно такие шутки, как считал Фрейд, позволяют нам узнать о себе что-то новое и важное. Прошло столько лет, а он продолжает вдохновлять все новые поколения фанатов на шутки. Кстати, о шутках:
– Что такое оговорка по Фрейду?
– Это когда говоришь одно, но имеешь в виду свою мать.
Шутки содержат в себе долю правды, с ноткой абсурда и неожиданности, когда вас намеренно сбивают с толку. Вы идете в одном направлении, и вдруг попадаете совершенно в другое место. Приведем пример из выступления комика Сары Сильверман: «Вчерашний вечер я провела с двумя мужчинами. Но второй раз я на такое не пойду. Я потом с трудом ноги передвигала. Два ужина за один вечер? Я объелась так, что еле дышала».
Моя свекровь Лиллиан была прирожденной шутницей. У нее мозг был так устроен. Многие годы она была нашим личным кладезем шуток, ощущение было такое, будто смотришь сериал «Старый еврей шутит». Она просто изливала на нас поток своих мыслей, не ограниченных никакой цензурой. Она спрашивала: «Я тебе рассказывала эту байку, Рос?», на что я отвечала: «Да, и не раз». Но это никогда не мешало ей рассказать еще раз, а потом еще и еще. Вот одна из ее любимых:
Пара пенсионного возраста – Бетти и Эйб. У обоих проблемы с памятью. Они смотрят фильм по телевизору в гостиной. Когда фильм прерывается на рекламу, Бетти говорит:
– Пойду возьму себе клубничного мороженого из холодильника. Тебе принести?
– Конечно, – говорит Эйб, – но обязательно запиши, а то забудешь.
– Не забуду, – бросает она в ответ.
Время идет, а ее все нет.
Эйб кричит из гостиной:
– Бетти, где ты там застряла? Реклама давно закончилась.
Наконец он слышит ее шаги в коридоре и, успокоившись, откидывается на спинку своего кресла.
Она протягивает ему тарелку с яичницей.
Он бросает взгляд на яичницу и начинает ворчать:
– Я же говорил тебе, что забудешь. Где мой тост с сыром?
Лиллиан рассказывала свои смешные истории с таким веселым обаянием, что никто не оставался равнодушным. Достаточно сказать, что они помогали сгладить неизбежное раздражение, без которого не обходится жизнь ни одной семьи (в своей прошлой жизни я была дипломатом). И это обаяние притягивало к ней незнакомых людей, словно магнитом. Репертуар ее шуток был настолько велик, что ее внутреннему ребенку ничего не грозило.
Давайте поиграем
Игра – состояние ума. Все зависит только от нас. Без шутливого настроя любая ситуация может обернуться чем угодно – станет пугающей, непонятной, глупой или досадной, но точно не смешной. Думаю, всем знакомо это состояние, когда мы не в настроении шутить и ничего не может вызвать у нас даже улыбки? Отсутствие веселого настроя мешает восприятию юмористического стимула.
Игра обладает освобождающим свойством, позволяет расслабиться, отказаться от потребности вечно все контролировать и открыть свое сознание для новых возможностей. Американский журналист и педагог Марк Матусек отмечает в своей книге «Дневник пробуждения: поиск истины, преобразования и самопознания»: «Быть серьезным на пути к пробуждению – значит научиться играть». Так мы активируем свою более мудрую, увлеченную и креативную сторону, смотрим на жизнь с нового ракурса, побуждая свой мозг открывать новые возможности. Или, как сказал Дэвид Кронин, австралийский врач-клоун, специалист по йоге смеха и автор книги «Дыши, играй, смейся»: «Представьте, что в вашем доме включен весь свет и у вас есть доступ в каждую комнату».
Шутливость зажигает наш мозг – почти буквально. В ходе исследования с применением электроэнцефалограммы для анализа мозговой активности участники смотрели юмористическую передачу, и у них удалось обнаружить «мышцу смеха» – области нашего мозга, которые загораются в ответ на юмористический стимул[89]. В течение 4/10 секунды исследователи наблюдали электрическую волну, направленную в сторону коры головного мозга в левом полушарии, где анализируются слова и структура шутки, и в правом полушарии, где происходит интеллектуальное осмысление. Социально-эмоциональная реакция рождается в лобной доле головного мозга, а за визуальные сигналы (улыбка) и моторную реакцию (смех) отвечает затылочная доля. Оказывается, правое полушарие мозга смеется последним, так сказать. Если оно повреждено в результате травмы или заболевания, человек лишается способности осмысливать юмор, смех и даже улыбку[90].
Пионер в области изучения юмора доктор Пол МакГи разработал шкалу чувства юмора, где игра имеет критически важное значение. МакГи выделяет восемь моделей поведения, связанного с юмором: (1) наслаждение юмором, (2) серьезность/негативное настроение, (3) шутливость/позитивное настроение, (4) смешливость, (5) использование вербального юмора, (6) умение распознать юмор в повседневной жизни, (7) умение смеяться над собой и (8) умение относиться с юмором к стрессовым ситуациям. Кстати, последний тип поведения сложнее всего развивать[91]. Рейтинговая система дает нам коэффициент юмора: чем он выше, тем лучше. МакГи считает, что «чувство юмора – разновидность игры – ментальной игры или игры с идеями».
Игра может быть самых разных видов – игра слов, настольная игра, онлайн-игра, шутки, остроумный диалог, физическая игра и т. д. У одних людей остро развито стремление к игре, а у других оно притуплено. С шутливой игрой ассоциируется некая уязвимость, поскольку мы обнажаем свое истинное, ничем не прикрытое «я». Людям стыдно показаться глупыми. Уязвимость – настолько универсальное качество, что мы зачастую не замечаем его, пока те или иные факторы не заставят нас обратить на него внимание. Американский психиатр, клинический исследователь и основатель Американского Национального института