Боярский сын. Воин. Часть 3 - Алексей Владимирович Калинин

Сможет ли Долгополый добраться до неё в изоляторе? Вполне возможно. У таких уродов везде есть свои люди. Значит, мне нужно действовать быстро.

Я вынырнул ещё раз. Интуиция вынесла меня на излучину. Загребая руками, я устремился к берегу.

Пальцы впились в раскисшую землю, нащупали корни растущей рядом ивы. Я подтянулся и вывалился на берег. Упал на спину, раскинул руки, и несколько секунд лежал. Лежал и глядел в чёрное небо, по которому ползли рваные тучи и полыхали уже редкие молнии.

Одежда прилипла к телу, весила тонну и совершенно не грела. Зубы выбивали мелкую дробь. Я заставил себя сесть. Двигаться! Необходимо двигаться! Живица работала на пределе, не давая мне сдохнуть от переохлаждения, но надолго её не хватит. Мне нужно было тепло, другая одежда и связь.

Я огляделся. Вдали виднелись тусклые огни окраин города. Туда мне и дорога.

Кое-как поднялся и, прихрамывая, двинулся в сторону цивилизации. Ориентируясь по огням и отдалённому шуму трассы, я шагал через подлесок, стараясь не шуметь. Конечно, мои фотографии сейчас висят на каждом столбе, но ночью, в грязи и темноте, меня вряд ли кто-то узнает с первого взгляда.

Главным было не нарваться на патруль.

Но, как говорится, если день не задался с утра, то к вечеру жди полного звездеца.

Я уже почти вышел к просёлочной дороге, когда из-за кустов орешника на меня вынырнула тёмная фигура.

Мужчина в униформе ИСБ. В руках покачивался короткоствольный автомат, на груди краснела огоньком рация. Он патрулировал периметр на этом берегу на случай, если я выплыву именно здесь? Грамотно работают, сволочи.

Мы столкнулись нос к носу. Расстояние было метра три.

ИСБшник вскинул голову. Луч его налобного фонаря ударил мне в лицо. Глаза патрульного расширились.

А в следующее мгновение воздух вокруг него затрещал от статического электричества. Автомат он даже не стал поднимать, вместо этого вскинул руки. Между его ладонями с шипением сформировался ослепительно-белый сгусток молний.

Маг-воздушник со специализацией на электричестве. Твою мать! Неужели это тот самый хмырь, который швырял в нас с Ефросиньей молнии? Как же некстати!

— Стой! — рявкнул он, и его голос дрогнул от адреналина. — Руки за голову, гнида, иначе сожгу к чертям!

— Ну что же ты сам напросился, приятель, — пробормотал я.

Сейчас мне вообще не улыбалось вступать в магический поединок. Вспышки заклинаний привлекут других патрульных, и тогда мне точно конец. Действовать нужно было быстро, грязно и тихо.

— Сдаюсь-сдаюсь! — я поднял руки, делая вид, что напуган, и сделал неуверенный шаг назад, словно собираясь опуститься на колени.

ИСБшник чуть расслабился, предвкушая лёгкую добычу и премию от начальства. Его молния в руках чуть потускнела.

И это была его главная ошибка.

Я рванул с места, как спущенная пружина.

Рывок в сторону. Уход с линии атаки Скольжением. Маг швырнул разряд туда, где я стоял долю секунды назад. Молния с треском ударила в ствол сосны. Раздался взрыв.

А я уже скользил влево, уходя в слепую зону. Сократил дистанцию до минимума. Оказался перед ним.

В глазах человека мелькнул страх. Он попытался отшатнуться, попытался сформировать новый разряд, но было поздно.

— Ты сейчас очень некстати, — прошептал я. — Я злой, как чёрт!

Мой кулак впечатался ему в челюсть.

Хрусть!

Этот чудак даже не удосужился накинуть на себя Кольчугу Души! Какая же всё-таки у этих «элитных» бойцов расслабленность! Если они идут брать преступника моего уровня, то обязаны держать щиты поднятыми! Неужели они настолько уверены в своей безопасности?

Кулак прошёлся по незащищённой кости. ИСБшник клацнул зубами, глаза закатились, и он рухнул в грязь. Молнии на пальцах с шипением угасли.

Я постоял над ним пару секунд, прислушался. Лес молчал. Звук разрыва молнии был громким, но, возможно, его списали на грозу или на действия своих на том берегу.

— Спи, салага, — буркнул я, растирая ушибленные костяшки.

После этого опустился на колени и обшарил бедолагу. Документы, рация, запасная обойма, наручники. Ничего интересного. А вот сам патрульный…

Я прикинул его габариты. По росту и комплекции мы были почти одинаковыми. Разве что он был чуть шире в плечах, но это даже к лучшему.

Его одежда была мне необходима. Моя собственная куртка и штаны превратились в мокрые лохмотья, которые тянули меня в могилу. К тому же, форма ИСБ — это отличный пропуск.

Люди редко смотрят на лица официальных чиновников. Они смотрят на форму, на шевроны, на уверенную походку. Психология толпы. В этой форме я смогу добраться до города, не вызывая подозрений у случайных прохожих или полиции.

— Извини, братан, но тебе придётся немного помёрзнуть, — сказал я бесчувственному телу.

Пришлось стащить с него куртку и штаны. Скинул свои мокрые шмотки, оставшись в одном термобелье, и натянул форму патрульного.

— Бекет двадцать! — проснулась рация. — Бекет двадцать, что у вас?

— Бекет двадцать на связи! Квадрат под контролем! Отбой.

Ну, хорошо, что квадрат под контролем. Я за них спокоен!

Одежда села почти нормально. Чуть жала под мышками, но это мелочи, зато ткань плотная, не продувается ветром. Тепло начало возвращаться в тело. Я застегнул куртку под самое горло, натянул на голову чёрную шапочку-бини, надвинул поглубже на глаза. Берцы тоже подошли. Неужели Фортуна всё-таки решила меня порадовать хотя бы таким образом?

Я оттащил раздетого до подштанников ИСБшника под кусты орешника, чтобы его не сразу нашли, и присыпал сверху прошлогодней листвой. Живой, курилка! Часа через два очухается. Простудиться может, но зато усвоит урок о важности Кольчуги Души в полевых условиях.

Поправив разгрузку, я зашагал прочь от озера.

Мне нужно добраться до безопасного места и выйти на связь с союзниками. К Морозовым соваться опасно, если за их особняком наверняка установили слежку. К отцу тем более не пойдёшь — родовое поместье сейчас тоже под колпаком.

Оставался только один человек, который обладал достаточным опытом для скрытной операции.

Мизуки Сато.

Девушка, которая умела проникать в охраняемые здания и исчезать без следа. Если кто и сможет выяснить, куда Завьялов увёз Ефросинью, и помочь мне вытащить её оттуда, так это она.

Всё, решено! Иду к ней!

Однако, стоило мне отдалиться на пятьдесят метров от того места, где лежал неудачливый землевик, как рация ожила:

— Яркий один! Яркий один, ответь!

Конечно же я не собирался отвечать. Однако, послушал, что будет дальше.

— Яркий один, почему не отвечаешь? Внимание! Квадрат