Родина или Смерть - Василий Павлович Щепетнёв

Я ходил и размышлял.

Подкинуть на помощь белому королю фигуру-другую? Адвоката, как советует Евгения Павловна? Она профессионал высокого класса, ей виднее. Адвоката я найду. Да вот хоть с Виктором Луи посоветуюсь, он в этих делах дока, укажет на лучшего из лучших. Но адвокат — это в лучшем случае пат. Условный срок, и то не факт.

Вариант — пойти за помощью к генералу Тритьякову. Генерал не адвокат, генерал сила атакующая. Ударная. Сметёт и городского прокурора. Если захочет. И в прошлый наш разговор он чуть ли не открытым текстом предлагал — обращайся, Миша, поможем. Вот с чего он это сказал? Нет, я не думаю, что вся эта история с сигналом Митрофана и активностью прокурора Богатченко для того и затеяна, чтобы я обратился к Тритьякову. Хотя и полностью не исключаю.

Ласкер учил: When you see a good move, look for a better one. Видишь хороший ход — ищи ход лучше. Если, конечно, есть время подумать.

Вся жизнь есть нескончаемый шахматный турнир, всю жизнь приходится думать — если не хочешь быстро и бесславно проиграть.

Есть ли в этой позиции лучший ход?

Должен быть. Только я его пока не вижу.

Как советует Павлов, слетать на Кубу, развеяться, обрести новый взгляд? Но у Яши нет времени ждать.

Поэтому не полечу, а поеду, и не на Кубу. На Кубе сейчас сезон дождей и ураганов, я утром поймал Гавану на коротких волнах, послушал.Действительно, только в шахматы и играть в такую погоду.

Вызвал такси — по особому номеру.

Дождь и у нас шёл, и дождь обильный. Но урагана нет, в столицы ураганы редкость. Москвичи возвращаются с работы, москвичей видно по содержимому авосек — кефир, картошка, огурцы. У гостей столицы в почете вареная колбаса, картошку и кефир они не повезут, картошка и кефир у них и дома есть — во Владимире, Рязани и Туле. Но сегодня таких я не вижу. Сегодня понедельник, и гости остались дома, их дни суббота и воскресенье. И дети в школу пошли, у кого-то даже в первый класс, как оставить? Кстати, детей на улицах тоже немало. Гуляют после школы, что им дождик проливной.

А он проливной, никаких сомнений.

Я выбрал такси. Мало ли как оно обернётся.

У Дома Кино машин немного. Да, понедельник. И время раннее. Завсегдатаи приходят попозже, а незавсегдатаям сюда не попасть. Если «Олимп» — храм Гермеса, пропуском служат чеки Внешторга или подлинная валюта, то Дом Кино — храм Аполлона, здесь одних денег мало, даже иностранных. Дом Кино — что крепость псов-рыцарей, чужого не пустят, стучись, не стучись — одно. Лишь посвященный может сюда войти. По билету Союза Кинематографистов. Или по особому приглашению Великого Магистра, кусочку картона синего цвета с золотистой полоской, где указано число календаря и число персон, допущенных в Храм.

Меня швейцар, Павел Петрович, встретил ласково. Раскрыл дверь, придержал, пока я складывал зонтик, пожелал приятного вечера. Я к кинематографу имею отношение незначительное. Снялся в маленькой роли прусского аристократа, да написал музыку к фильму. «Легенда о Лунном Звере» бодрым шагом идет по стране и, похоже, не просто идёт, а идёт на рекорд посещаемости. Мало у нас фильмов, чтобы мурашки по спине, не приветствуется у нас эти буржуазные штучки-дрючки. Но «поскольку фильм имеет явный антирелигиозный посыл, разоблачает мракобесие и сектантство, и подчеркивает роль трудящихся в борьбе с тёмным царством царизма, его можно смело рекомендовать к просмотру всеми слоями населения». Это из рецензии, опубликованной в «Труде». Другие газеты также отзываются о фильме благосклонно. Но, конечно, главное, что привлекает зрителей — это Владимир Высоцкий в главной роли. Некоторые, слышал, смотрели фильм и по пять, и по десять раз. Владимир Семенович ещё и режиссер фильма, но на это массовый зритель внимания обращает мало, что ему режиссеры, продюсеры, авторы сценария и композиторы, массовому зрителю давай актеров, и чтобы на экране поменьше рассуждали, а побольше действовали. Не за рассуждениями в кино идут, порассуждать и на кухне можно, забесплатно.

Тем не менее, я не в Союзе Кинематографистов, у меня картонка гостя. Но с открытой датой, вечная.

Зал ресторана наполовину пуст. Через час, через полтора он заполнится до отказа, но пока здесь всё чинно и благородно.

Никита, сидевший за столиком в правом углу, привстал и помахал рукой — мол, вот он где я, давай сюда.

Давай, так давай.

Никита был не один.

— Саша, — представил он спутника. — Прошу любить и жаловать. А тебя представлять не нужно, тебя знает вся страна, да что страна — весь мир! — видно было, что рюмку-другую он принял. Что такое рюмка-другая, только-только чтобы состав тронулся.

Саша был старше меня лет на десять, или около того. Как и Никита. Человек солидный, взрослый, авторитетный. Но такие уж они, киношники. В своем мире со всеми на «ты» и по имени. Продление молодости путем взаимной простоты.

Судя по состоянию стола, сидели они с полчаса, успели и приступить, и отведать. Графин водки почти опустел, но графин был маленький, граммов на двести.

Я сделал заказ, простенький — палтус по-мурмански, североморский салат (морская капуста, гребешок, кальмар, репчатый лук, паприка и оливковое масло), на десерт — мороженое «Заполярье».

— Что будете пить? — спросил официант.

— Боржом, вестимо, — но, уловив печаль в глазах Саши, добавил: — И водочки в пропорцию.

— «Московской», «Столичной», или, быть может, «Посольской»? — и, чуть помедлив, добавил заговорщицки:

— Есть шведский «Абсолют».

— Пусть будет «Абсолют», — благосклонно ответил я.

— И чтобы обязательно в запечатанной бутылке, а то знаю я вас, шельмецов, — добавил Никита, но получилось у него не обидно, а добродушно, даже поощрительно.

— Непременно-с в запечатанной, как можно-с иначе — подыграл официант.

Зашел разговор о делах киношных. Никита и Саша снимаются в фильме «Собака Баскервилей». Вернее, уже снялись, но, похоже, потребуются кое-какие эпизоды переснять. Пленка подвела. Или глаз. Сначала казалось — то, а сейчас посмотрели заново — не то. Приходится работать. А были совсем другие планы.

— А вы, Миша, на какую пленку снимали? — «вы» — это не я лично, я — «ты», это вся команда.

— Не знаю точно. «Кодак», кажется.

— И какие планы на будущее?

— У меня — матч с Фишером, другим планам места нет. Вот отыграю, ужо тогда…

— Нет, в кино какие планы?

— Сначала Прага, а далее — по результату.

В Праге