Тайное остриё рапиры 3 - Александр Васильевич Чернобровкин

Труа. Я сказал Лео, что ему незачем служить в армии. Он получит наследство, включающее должность бальи Труа. Доходов хватит, чтобы хорошо жить в Париже или где захочет. Пусть посмотрит на армейскую службу изнутри. Если понравится, получит в наследство еще и полк, если нет, подождем, когда подрастет Арман. Пусть и младший попробует себя на военном поприще. Ему достанется меньше после моего ухода.

На этот раз спешки не было. Четыре полка, служившие в прошлом году под моим командованием, убыли на север будущей Италии. Будут воевать там в армии «генерал-кардинала» Луи де ла Валетта. Мне в этом году будет придан только один полк, сформированный бывшим моим подполковником Жаном де Куси в городе Шомон, расположенном в тридцати лье юго-восточнее Труа. Я замолвил за него словечко главному министру Арману дю Плесси. Теперь подполковником у меня Рене де Жувиньё, сын влиятельного интенданта, в прошлом году командовавший эскадроном. Проблем со снабжением у полка уж точно не будет.

Пока солдаты подтягивались из отпусков, я заодно исполнил обязанности бальи. Вместе с главным клерком Пьером Дюбуа и казначеем Антуаном Лебланом мы провернули несколько операций по перераспределению денежных средств. В итоге я приподнялся на тысячу с небольшим ливров, и они получили свое, пусть и не так много.

В конце апреля приплыл старший интендант Клод де Лоран, проинспектировал мой полк. Как обычно, без серьезных замечаний. После чего мы отправились в город Шомон по суше, а он на галере. Мой друг стремительно толстеет. Для него провести день в седле — подвиг.

Шомон меньше Труа. Находится на левом берегу реки Марна, правом притоке Сены. Размещение в городе полка — возможность для кого-то заработать, а для кого-то, особенно для отцов девиц на выданье, одни проблемы. Солдаты по местным меркам имеют хорошее жалованье. Плюс трофеи, которых пока нет. К тому же, бравый солдат в красивой форме — это намного интереснее, чем крестьянин или подмастерье. Местные девицы рады выскочить за них замуж, но солдаты не спешат жениться. Жан де Куси набрал почти девяносто процентов личного состава, но купил всего две пушки, и те не лучшего качества. На остальные не хватило денег. В отличие от моего полка, служба в его не является перспективной, поэтому патенты капитанов покупали всего по двенадцать тысяч ливров.

Новоиспеченный кампмейстер не унывал:

— Захватим трофеи, купим все, что нужно!

Все уверены, что мы будем побеждать и захватывать трофеи. Прокачаны, как надо.

Отдохнув день в Шомоне, бригада из двух полков поутру потопала в Брайзах. Там теперь ставка экс-герцога Бернгарда фон Саксен-Веймара. Нам надо одолеть примерно семьдесят пять лье (около двухсот пятидесяти километров). Конный полк делает в день от десяти до пятнадцати лье в зависимости от рельефа местности и настроения. Пока оно приподнятое. Солдаты моего полка рвутся в бой, помня, как разбогатели на трофеях в прошлом году. Новенькие наслышаны об этом, поэтому движутся еще быстрее.

32

У меня появилось подозрение, что у Бернгарда фон Саксен-Веймара фляга засвистела от самоуверенности после захвата Брайзаха, в котором по большому счету не участвовал. Он уже считал себя герцогом захваченной части Эльзаса, требовал официального признания от Франции и строил планы на осаду и захват крупных городов, что сделает после того, как будет признан, и сможет присоединять их к своим владениям. Пока что ограничивался малой войной, атакуя соседей: Франконию, Баден, Баварию. Разделив армию на части, рассылал их для грабежа вражеских территорий.

Меня это устраивало. Я уже знал, что судьба этого наемника решена, что славы здесь не заслужим, значит, надо использовать войну для личного обогащения. Идея понравилась всем моим подчиненным. Я отправлял эскадроны по одному-два туда, где еще имелось, что выгрести. С каждым днем это было все дальше от базы, которой нам был определен Фрайбург. Добычу продавали горожанам, а деньги делили. Я забирал треть. Бернгард фон Саксен-Веймар невежливо намекнул через генерала Рейнхольда фон Розена, коменданта Фрайбурга, что надо делиться. Передал ему, что сделаю это в конце кампании сразу за всю. Может, ответ не понравился, но больше меня не напрягали.

Шестого июля в Брайзах, а на следующий день во Фрайбург прибыло подкрепление из Франции — четыре тысячи солдат под командованием Жана де Гебриана. Мы познакомились в прошлом году во время осады. Ему тридцать семь лет. На правой щеке налеплен кусок ткани телесного цвета, закрывавший дыру от пули. Залетела в рот, когда он говорил, и вырвала мягкие ткани, которые никак не могут затянуться. Видимо, для этого надо несколько дней не есть, не пить, не говорить и вообще не шевелить нижней челюстью, а поболтать он любил, как и поесть и выпить. В остальном типичный носатый француз с усами уголками вниз и «плевком» под нижней губой. Предполагаю, что его прислали для того, чтобы заполнить пустоту, которая образуется после смерти Бернгарда фон Саксен-Веймара, потому что вместе с ним прибыл виконт де Рошфор, который делал вид, что понятия не имеет, кто я такой.

Мы с ним пересеклись в коридоре ратуши, куда я вышел после разговора с Жаном де Гебрианом в просторном кабинете в присутствии Рейнхольда фон Розена. Обсуждали поход в Баварию, который предложил Бернгард фон Саксен-Веймар. В грандиозных планах главнокомандующего был захват Мюнхена или хотя бы его осада, чтобы вытянуть туда имперскую армию с территории будущей Северной Италии, где дела у французов были совсем плохи.

— Пора, — тихо произнес Шарль де Сен-Пуант, когда я проходил мимо.

Я кивнул: понял, выполняю.

Еще в прошлом году я узнал, что Бернгард фон Саксен-Веймар обожает мозельское вино. Оно белое и очень кислое, потому что виноград не успевал вызревать, но называют свежим, или острым, или колючим. По той же причине крепость слабая, можно дуть литрами, не сильно пьянея. Разведенное водой, хорошо утоляет жажду. Сразу по прибытию в Брайзах я купил бочонок литров на пятьдесят мозельского вина из аббатства святого Максимина, которое возле Трира. Сейчас считается лучшим. Держал его в обозе для этого случая. Перед началом операции я зарядил вино триоксидом мышьяка, полученным зимой дома путем обжига мышьяковистого колчедана, типичной сульфидной руды этого полуметалла. Дозировку я не знал, поэтому засыпал щедро и тщательно переболтал. Этот яд хорош тем, что не имеет ни вкуса, ни запаха, симптомы похожи на обычное пищевое отравление и убивает не сразу. Легко можно перепутать с другими болезнями. Сейчас его называют «порошком наследников». Оставалось найти того, кто доставит отраву по назначению. Подарок должен быть не от меня.

Такой кандидат нарисовался сам, когда прибыли