Чёрный ратник 7 - Макс Гато

Сомов посмотрел на своего советника, так что он замолчал и не стал продолжать. Сомов же обратился ко мне:

— Больше людей дать не могу, но готов пойти сам. Так людей хотя бы будет кому вести обратно.

Жеребцов открыл рот, но возражать передумал. Я же не стал задерживаться и попрощался с гостями, давая им возможность обсудить всё самим. Мне лезть в дела соседнего баронства совсем не хотелось, но помощь была кстати.

Последней приехала Северская. Она добралась в Озёрполь той же дорогой, что и в первый раз, когда пришла с караваном. Телег на этот раз было мало, но бойцы остались теми же: пятнадцать северян с топорами и крепкими лошадьми, навьюченными припасами. Сама Ольга приехала в той же белой накидке, какая была на ней в прошлый раз.

— Рада видеть вас в добром здравии, — тепло приветствовала меня она и слегка поклонилась, как и положено по этикету.

Я ответил тем же — от этикета у меня спина не сломается.

— А я рад, что письмо дошло, — отозвался я.

Северская сняла перчатки и после ещё пары дежурных фраз перешла к делу.

— На нашем тракте действительно стоит Круг переноса, через который возят людей, и его следует убрать, — сказала она. — Вот только то, что находится в Диких землях, княгиню волнует меньше. Скажу честно: мне велено разобраться с кругом, а не с тем, что находится за восточными границами.

— Я ценю честность, — коротко отозвался я.

Обсуждать ничего дальше я не стал. Главное, что она приехала с бойцами. Их мы увидели в деле быстро. Антон, седой десятник, которого Северская держала за старшего, о чём-то сцепился с Лунёвым, и поэтому два строя столкнулись вечером на плацу. Северные топоры били по щитам сверху, цепляли крюками кромку, но ратники отбивались, притом успешно. Фрол держался лучше всех, но его щит в какой-то момент вырвали, и он грязно выругался.

Впрочем, границ никто не переходил: так, выпустили злость после дороги да настучали друг другу немного, разойдясь с синяками и ссадинами, без серьёзных повреждений. Вскоре с плаца раздался гогот и одобрительные возгласы. Это пришёл Иван, с которым северянам было особенно интересно схлестнуться ещё раз и попробовать взять реванш.

Олаф вышел из казармы, когда импровизированная тренировка уже закончилась. Северская смотрела за всем с крыльца и почти сразу нахмурилась, а затем зашла в дом. Олаф же постоял некоторое время, глядя на закрытую дверь. Я уже в прошлый раз понял, что эти двое знакомы. Олаф заметил моё внимание и посмотрел на меня. Я только кивнул головой в сторону закрытой двери и направился прочь. Взрослые люди сами разберутся, я лишний раз в чужие дела не лез.

Когда тренировки закончились и все приехавшие бойцы расположились по избам на ночлег, я собрал совет в главном зале. Людей за столом было столько, сколько давно не было в Озёрполе.

Во главе стола находился я, слева Олаф, справа Луна с бумагами и книгами. На самом столе была раскинута карта с множеством пометок и фигурок. Здесь же были Ярослава, Матвей и Клим. По другую сторону стола стоял Сомов с Жеребцовым за спиной, Лунёв с Северской и Антоном сидели сбоку, ну и уже у стены, в тени, скрывался Зарецкий вместе с Гнусом и Соловьёвым.

В общем, места в большом зале почти не было, но это было и к лучшему. Все взгляды были направлены на меня. Я оглядел всех присутствующих и спокойно объявил:

— Мы все собрались здесь по одной единственной причине. Ковен вышел на охоту.

Продолжил я тем, что знал. Рассказал про узел, который находится в Мёртвом лесу, столбы, рвы, а также стражу и допрос пленных. И подвязал всё к кругу переноса, о котором уже знала Северская, так как Морозгород находился по соседству.

— Вокруг узла, связывающего операцию Ковена, поставлены сигнальные нити, — сказал я, и Северская чуть приподняла брови. — Ещё ударный контур на столбах, который нужно снимать.

— Можно и сломать, — высказался Зарецкий. — Я когда-то ставил такие сам. Только нужны два мага одновременно, чтобы разорвать контур, и против Волхвов будет тяжело. Они всё это и сами знают.

— Волхвы — это проблема, — согласился Лунёв и постучал пальцами по столу.

Он оглядел всех присутствующих, остановившись глазами на Гнусе с Зарецким.

— Магов у нас недосдача, — заключил он.

— Если сблизимся, то это не проблема, — проговорила Ярослава.

— Без круга узлу некого будет забирать, — сказала Северская, разглядывая карту на столе. — Люди перестанут пропадать, и Ковену придётся отступить. А так вы ударите по хвосту, а не по голове.

— Круг стоит на саровской земле, — возразил Лунёв. — Если туда войдут чужие отряды, это будет вторжение, и барон Векшин получит право ответить. Я на саровскую землю не пойду и своих не поведу.

Северская только усмехнулась.

— Тогда вы и в Дикие земли не должны идти.

— Там правителей нет, — невозмутимо отозвался Лунёв.

Сомов продолжал постукивать пальцами по краю чертежа.

— Круг переноса слишком далеко, — сказал он. — От моей границы до саровской заставы даже через землю Озёрполя идти долго. Узел ближе, да и дорога к нему через долину.

Возникла небольшая пауза, и голос подал Боголюб Жеребцов.

— Соваться в земли Ковена опасно, — произнёс он. — Что к кругу переноса, что к узлу. Полагаю, барон Темников не сможет выделить всех бойцов, и даже с нашими силами против укреплённых позиций Ковена сражаться будет трудно. А против саровской заставы и вовсе начнётся полноценная война.

— Есть в этом правда, — подал голос Олаф. — Но раз мы все за этим столом, спорить поздно. Важно лишь одно: куда вести людей.

— Можно разделиться, — предложил Лунёв. — Если ударить по узлу, то идти туда меньше недели через Мёртвый лес. Если Морозгород выделит ещё бойцов, то после можно разобраться и с кругом.

— Разделяться нельзя, — возразил Олаф. — И так людей впритык.

Голоса раздавались с разных сторон стола, и споры продолжились. На карте начали передвигать фигуры. Луна корректировала моменты по поводу подготовки провизии и денежной части. Пока в какой-то момент Северская не подняла ладонь в воздух.

— Я пришла за кругом, — настояла она. — Если вы решите ударить по узлу, то это усложнит ситуацию. Ударить по ковенскому узлу это как закопать яму, её выроют