Мировая история риса. Белые деньги. Социально-политическое путешествие по рисовым полям - Франческа Грациоли

Постепенно они заметили, что посаженные растения становились еще более пышными и давали больше семян, если были защищены от хищников, а также если почва оставалась влажной в течение достаточного количества времени и вокруг было достаточно места, свободного от других растений.

Чем больше внимания люди уделяли этим растениям, тем больше плодов они собирали. Так зародилась первая форма сельского хозяйства. Из этих борозд выросло множество человеческих обществ, жизненный центр которых основывался на способности обеспечивать непрерывный процесс получения семян.

Так возникли новые потребности, которые выходили за рамки простого стремления к выживанию. Урожай, накопленный за месяцы упорного труда, стал настоящим сокровищем, требующим защиты.

Вместо того чтобы заниматься земледелием, люди начали строить все более высокие стены и делать из камней оружие, способное отпугнуть любого, кто осмелится приблизиться. Необходимость защищать этот источник пищи и саму возможность жить сформировала первые структуры организованной власти.

Однако защищаться нужно было не только от видимых врагов. Существовала и другая, более загадочная и неуловимая угроза – небо. Тревога из-за отсутствия дождя и страх, что зеленые ростки могут погибнуть до того, как принесут плоды, заставляли людей искать союз с невидимыми силами.

Они строили храмы, приносили жертвы и соблюдали строгие правила поведения в надежде задобрить божеств, которые могли бы даровать изобилие.

Затем, словно водопад, возникли глиняные таблички с клинописными знаками. Они использовались для записи количества произведенной в регионе пшеницы и количества солдат, которых она могла бы накормить. А уже от них, спустя века, появились печатные буквы на моей клавиатуре.

Все началось с этого первозданного жеста: проложить борозду, чтобы установить контроль. Контроль над теми, кто благодаря работе в этой борозде способен добиться преимущества над другими членами сообщества.

Именно этому нас учат с начальной школы. Настоящая цивилизация зародилась в Месопотамии, между Тигром и Евфратом. Здесь, в так называемом Плодородном полумесяце[36], переход от кочевой жизни к оседлости (обязательный этап развития сельского хозяйства) заложил основу для появления городов, бюрократии и армий.

Однако новые археологические открытия, похоже, ставят под сомнение эту логическую цепочку: борозда, семя, оседлость, цивилизация. Как отмечает Джеймс Скотт в своей книге «Против зерна. Глубинная история древнейших государств», в научных кругах все больше утверждается мнение, что многие сообщества были оседлыми задолго до того, как начали заниматься разведением растений и животных[37].

Есть даже остатки деревень – хижин, плавучих домов и очагов, – которые опережают появление орудий для обработки земли (таких как серпы, плуги и жернова) минимум на четыре тысячи лет.

Это были группы людей, которые могли относительно хорошо выживать, собирая дары природы, ловя рыбу или моллюсков и активно занимаясь охотой в периоды крупных миграций. Об этом свидетельствуют их кости и зубы, особенно если сравнить с костями их потомков, которые занялись сельским хозяйством.

Фрагменты бедренных костей, сохранившиеся у нас, или осколки молочных зубов, засевшие в челюстях, указывают на более хорошее состояние здоровья по сравнению с теми, кто полностью посвятил себя земледелию. Кости земледельцев имеют меньшую плотность, что свидетельствует о слабости, вызванной недоеданием.

Еще более заметны различия между скелетами женщин, которые занимались охотой и собирательством, и женщин, работавших в полях. У последних была более тяжелая степень анемии – дефицита железа в крови, что негативно сказывалось на их физических показателях и общем состоянии здоровья.

Причина ухудшения питания земледельцев заключалась в том, что количество доступных источников пищи сократилось. В то же время собиратели имели возможность пользоваться всем разнообразием мира, что делало их рацион более разнообразным и полноценным.

Хадза – одна из последних групп охотников и собирателей Восточной Африки, которая до сих пор может похвастаться рационом из более чем восьмисот видов растений, а также животных и меда[38].

Для новых сельских общин, как и для нас сегодня, меню ограничивается тем, что они выращивают. В основном это злаки, которые, несмотря на свою питательную ценность, не могут заменить все многообразие продуктов, которые раньше можно было найти в природе.

Группа исследователей под руководством антрополога Марка Дайбла из Кембриджского университета провела эксперимент среди общин аэта[39], чтобы лучше понять их переход от охоты и собирательства к сельскому хозяйству[40].

Измеряя количество их рабочих часов, исследователи обнаружили, что земледельцы в среднем трудятся на десять часов больше каждую неделю по сравнению с охотниками-собирателями. Особенно это касается женщин, которые оказываются в еще более незавидном положении.

Если предположить, что у наших праотцов ситуация была аналогичной, то возникает вопрос: действительно ли жизнь в стабильных сообществах напрямую зависит от развития сельского хозяйства, сопровождаемого увеличением плотности населения и усложнением политических структур?

Джеймс Скотт подчеркивает, что это не было прямой линией прогресса: переход к земледелию ухудшил качество жизни, как в плане здоровья, так и по трудочасам, а археологические находки показывают, что оседлые общества могли процветать и без возделывания полей.

Это разрушает нарратив о том, что земледелие является неизбежным этапом при переходе к цивилизации. Скорее, оно выступает как политический выбор и, следовательно, как форма ранней власти.

Остается вопрос: можно ли было избежать перехода к сельскому хозяйству? Почему в какой-то момент мы выбрали или были вынуждены выбрать тот образ жизни, который в итоге оказался менее благоприятным по сравнению с прежним?

Одомашнить – значит сделать пригодным для жизни в доме, для дома. И наоборот, сделать невозможной жизнь за его пределами, лишить возможности вернуться к природному состоянию, из которого мы вышли. Это понятие нужно рассматривать с двух сторон.

Мы одомашнили растения, чтобы те приносили нам пользу, но они диктуют нам свои условия. В обмен на питательные калории растения требуют постоянного ухода. Это не только тяжелая работа в поле под палящим солнцем, но и терпение, необходимое для того, чтобы вручную вырывать каждую травинку, даже если она не нужна нам прямо сейчас. А также постоянная борьба с сорняками, которые высасывают питательные вещества из почвы и ничего не дают взамен.

Не будем забывать и о боли в мышцах, возникающей при установке заборов. Эти заборы предназначены для защиты от животных – коз, овец и быков, которые тоже начинают поддаваться процессу одомашнивания. Таким образом, возникает новая форма симбиоза, в которой неудачи одного вида могут привести к гибели и исчезновению другого.

Со временем становится все более важным умение договариваться с богами о дожде в нужное время. Молитвы усложняются, а ритуалы становятся все более замысловатыми, известными лишь немногим посвященным.

Однако религиозная власть