Антигеноцид. Армянская секретная армия против Турции - Маркар Мелконян
Монте и Гарлен были одни на конспиративной квартире в Дамаске, когда Вартанян примчался запыхавшийся, чтобы сообщить новость. Монте еще не оправился от желтухи, поэтому он пожелтел, слушая доклад: Тавитян застрелил Люлю на глазах шести или семи свидетелей, не подготовив никакого плана побега, и в тот момент, когда нанести удар по Агопяну было невозможно!
Когда Абу Махмуд вошел в дверь, Монте и Вартанян сказали ему, что Люлю случайно взорвал себя, балуясь с взрывчаткой. Абу Махмуд покачал головой и пробормотал, что подозревал нечто подобное: его протеже мало знал о взрывчатке и был неосторожен. Однако когда Абу Махмуд позвонил в Грецию, Агопян проявил подозрительность. Он приказал своему приспешнику поехать в лагерь в Янту с камерой и сфотографировать там все. Абу Махмуд договорился выехать в Янту на следующее утро.
Тем временем Монте и Вартанян обнаружили паспорт Гарлена в ящике и нашли также немного денег, которые они разделили между Вартаняном и Гарленом, чтобы покрыть их побег. Как только Абу Махмуд уедет в Янту, Гарлен и Вартанян соберут вещи и совершат побег. Монте же должен был опередить Абу Махмуда в Янте, чтобы убедиться, что остальные в лагере согласовали свои показания и убедительно взорвали тело Люлю, уничтожив все следы пулевого ранения. Тавитян вышел из-под контроля, а другие новобранцы, вероятно, были слишком озабочены побегом, так что Монте не мог доверять никому, кроме себя, в уборке беспорядка до прибытия Абу Махмуда. Поскольку у Монте не было паспорта для въезда в Ливан, он договорился, чтобы сопровождающий из ООП встретил его на сирийской стороне границы рано утром следующего дня, чтобы убедить власти выдать ему црих – специальное разрешение на въезд в Ливан.
На рассвете, до того как Абу Махмуд уехал в Янту расследовать смерть Люлю для Агопяна, Монте поймал такси, направлявшееся к ливанской границе. Однако когда он прибыл на пограничный контрольно-пропускной пункт, сопровождающего из ООП нигде не было. Без сопровождающего он не мог получить црих, а без этого документа не мог завершить последний отрезок пути в Янту. Прождав три мучительных часа, Монте беспомощно наблюдал, как машина скорой помощи с Абу Махмудом на переднем сиденье проехала через КПП и унеслась по пустынной дороге в сторону Янты. Абу Махмуд должен был опередить его в лагере! Сопровождающий Монте наконец прибыл несколькими минутами позже, и он велел водителю жать на газ. Если бы он смог добраться до лагеря до того, как машина скорой помощи уедет с телом Люлю, он мог бы по крайней мере осмотреть ранения и подогнать историю под них. Но незадолго до того, как Янта показалась на горизонте, Монте с ужасом увидел облако черного дыма, висевшее над лагерем. Тавитян только что взорвал оружейный сарай – целый день спустя после того, как Монте сказал Абу Махмуду, что тот был взорван – и улики висели над пустыней, как знамя, для всех обозрения! Несколько минут спустя внедорожник Монте промчался по обрыву и рывком остановился посреди лагеря.
Место казалось пустынным, за исключением Тавитяна, который приблизился к внедорожнику со странной улыбкой. «Где Абу Махмуд?» – спросил Монте на языке, который его водитель не понимал.
Тавитян ответил с жутким безразличием: «В той же яме, что и Люлю». После того как тело Люлю загрузили в машину скорой помощи, объяснил он, водитель оставил Абу Махмуда в лагере, сказав ему, что у него нет разрешения возвращаться в Дамаск ни с чем, кроме трупа. Затем, как только машина скорой помощи скрылась, Тавитян всадил пулю в голову Абу Махмуда.
Монте был слишком ошеломлен, чтобы душить Тавитяна. Другие новобранцы в лагере уже бежали – кто в палестинские организации, кто в Сирию; другие в Бейрут, а остальные куда‐то еще. Всем, кто остался, оставалось только попытаться спастись бегством. Однако у Вартаняна не было проездных документов, и когда он попытался въехать в Иорданию по чужому неизмененному ливанскому паспорту, пограничники потребовали визу. Он поспешил обратно в Дамаск, нашел ливанского владельца паспорта и попросил его получить иорданскую визу. Вартаняну пришлось залечь на дно в Дамаске на неделю, пока иорданское посольство готовило визу.
Тем временем Гарлен поговорил с другом, который водил автобусы из Сирии в Иран. Водитель согласился отвезти его в Иран, но должен был выехать только через несколько дней. Гарлен передал ему конверт с письмом, адресованным «всем товарищам» в Иране. В письме он объяснил, что, вероятно, скоро умрет. Он просил товарищей простить его ошибки и просил, чтобы если его останки когда‐нибудь будут найдены, их похоронили в Армении.
Монте знал, что Агопян уже возвращается из Греции. Время истекало, и Монте нужно было быстро связывать концы с концами. Он и Тавитян собрали винтовки в лагере и оттащили их на несколько сотен метров в лагерь, принадлежавший турецкой «независимой левой» группе под названием «Куртулуш». До этого соседи держали дистанцию: новобранцы Тайной армии не любили турок, а турки, со своей стороны, считали последователей Агопяна кучкой психопатов. Монте объяснил ошеломленным туркам, что в Тайной армии произошел раскол из-за внутренней оппозиции неизбирательным атакам, таким как те, что произошли в аэропорту Эсенбога и на стамбульском базаре.
Спрятав оружие в лагере «Куртулуш», Монте и Тавитян снова отправились в Дамаск, оставив турок чесать затылки. Если бы двум беглецам удалось пересечь границу с Сирией, они, возможно, смогли бы добраться до Ирана вместе с Гарленом. Однако, прибыв на сирийско-ливанскую границу, они обнаружили, что из-за внутренних палестинских разборок в лагере беженцев недалеко от ливанского порта Триполи Монте не может обратиться к палестинским связям за разрешением на пересечение границы с Сирией. Чтобы усугубить положение, один араб на границе, прослышавший об убийствах в армянском лагере, сообщил Монте, что просирийские палестинцы уже ищут убийц. Влияние Агопяна на офицера сирийских ВВС снова окупалось.
Монте и Тавитян застряли в Ливане, где было глупо надеяться, что их не поймают и не убьют: такова, значит, была их судьба, их джагадакир – буквально «то, что написано у них на лбу». Монте утешал себя мыслью, что по крайней мере у Гарлена и Вартаняна есть деньги и договоренности о транспорте, и они на пути к безопасности.
Утешительное предположение оказалось неверным: Гарлен и Вартанян застряли в Дамаске. За неимением лучшего варианта они явились к священнику в армянскую церковь и попросили убежища. Приютив их, священник попросил пожилого прихожанина: «Пожалуйста, отнеси еду мальчикам». Вскоре по окрестностям разнесся слух, что в церкви прячутся двое парней. 26 июля
Ознакомительная версия. Доступно 12 из 58 стр.