Антигеноцид. Армянская секретная армия против Турции - Маркар Мелконян

Янта была не единственным местом убийства 15 июля. В тот же день чемодан, начиненный взрывчаткой и десятью баллонами с пропаном, взорвался у загруженной стойки регистрации в аэропорту Орли близ Парижа, смертельно изрешетив семь человек и ранив десятки других. Когда неизвестный по телефону взял на себя ответственность за взрыв от имени Тайной армии, отвращение распространилось среди бывших сторонников группы в Париже. Несмотря на быстро угасающую поддержку Агопяна, взрыв тем не менее продвинул его самую непосредственную цель, которая в то время не была очевидна: главарь Тайной армии был одержим срывом конференции, запланированной на то лето в Лозанне, Швейцария. Изначально он поощрял проведение Второго всемирного конгресса по армянскому вопросу, но в последний момент ему пришло в голову, что главными бенефициарами станет конкурирующая группа Ара Тораняна «Ай Байкар». Агопян приказал организатору конгресса, некоему преподобному Джеймсу Карнусяну, отменить конференцию, но преподобный отказался. В ярости главарь Тайной армии позвонил своему приспешнику в Париж и приказал заложить бомбу, которая убьет как можно больше людей. (По-видимому, приспешник намеревался взорвать бомбу в трюме авиалайнера в воздухе, но она взорвалась преждевременно у стойки регистрации.) Как и надеялся Агопян, взрыв вызвал достаточно отвращения и страха, чтобы смертельно парализовать движение конгресса Карнусяна: после кровавой атаки в Орли на Второй всемирный конгресс явилось не более девяноста участников, тогда как на первом собрании их было 400.

Через несколько дней после событий 15 июля 1983 года двое незнакомцев подошли к отцу Сеты, Бедросу Кабраняну, когда он мыл свой «Вольво» перед семейным домом в Айнджаре. Один из незнакомцев был в форме сирийского армейского офицера. Второй незнакомец поприветствовал господина Кабраняна на языке, который сирийский офицер не понимал: «Монте послал меня», – сказал высокий юноша, широко улыбаясь. «Притворись, что знаешь меня и что пригласил меня на чай к себе домой». Господин Кабранян улыбнулся в ответ и пригласил двух гостей посидеть с ним в гостиной. Все еще притворяясь веселым в присутствии солдата и говоря на языке, непонятном сирийскому офицеру, Тавитян сказал господину Кабраняну, что Монте послал его договориться о встрече в заранее условленном месте. Однако по пути в Айнджар солдаты на сирийском армейском КПП заподозрили неладное, когда обнаружили, что у него палестинское удостоверение личности на арабское имя, но он не говорит по-арабски. Солдаты задержали Тавитяна и связались с сирийской тайной полицией, мухабарат. В ожидании прибытия агентов мухабарат Тавитян сказал сирийскому офицеру, что хочет прогуляться, и они вместе пошли к дому Кабраняна.

«Теперь Монте убьет меня», – пробормотал Тавитян себе под нос. Он провалил очередной план, привлек внимание сирийской армии и тайной полиции и вдобавок впутал в это дело семью Кабранянов. Вскоре в доме Кабранянов появились двое агентов мухабарата, и хозяин дома радушно пригласил их тоже присесть. Рассудив, что армейский офицер и сирийские агенты будут в лучшем расположении духа после пары рюмок, господин Кабранян достал свой лучший виски и налил агентам большие порции. Когда они опустошили свои стаканы, господин Кабранян объявил, что подобрал днем молодого автостопщика и теперь хочет пойти проверить, как у него дела. Еще через пару рюмок господин и госпожа Кабранян, их младшая дочь и Тавитян погрузились в «Вольво». Сирийцы последовали за ними на второй машине.

Через пару километров Тавитян велел господину Кабраняну съехать на обочину шоссе. Как только «Вольво» остановился в деревне Мейдал-Айнджар, Монте выпрыгнул из припаркованной машины, где он ждал уже давно. Он выглядел желтым и худым, но на его лице впервые за много дней появилась улыбка. Он купил бананов у ближайшего ларька и преподнес их господину Кабраняну и его неожиданным гостям – сирийцам. К тому времени сирийские агенты были в слишком хорошем настроении, чтобы связываться с неприятностями. Согласившись встретиться с Монте там же на следующее утро для «формальностей», они уехали. Когда их машина переключилась на высшую передачу и скрылась на шоссе, Монте вздохнул с облегчением и повернулся к господину Кабраняну: «Мне нужно кое-что тебе сказать, – начал он, – но сначала я должен поговорить с Сетой».

У господина Кабраняна было нехорошее предчувствие, что этот странный молодой человек заходит слишком далеко в отношениях с его второй по младшинству дочерью. Монте был не совсем идеальным зятем: что он мог предложить его дочери, кроме опасности? И кем он вообще работал? Он был слишком логичен и жестковат, чтобы быть сумасшедшим, но именно такой человек способен на самые безумные поступки. И все же он был умным молодым человеком, ловким и обезоруживающе прямым – и вдобавок американским гражданином с высшим образованием…

Господин Кабранян вздохнул. Как отец шестерых дочерей, он не мог не симпатизировать такому серьезному поклоннику: по крайней мере, он стал бы преданным мужем. И, возможно, он перерастет то, что толкнуло его в ту непроглядную трясину, в которой он теперь оказался. Он положил руку на плечо Монте. Сета, сказал он, проводит часть летних каникул в гостях у друзей и родственников в Бейруте. Монте может связаться с ней через ее сестру Манушак, у которой новый номер в Западном Бейруте.

Они попрощались с ним на обочине дороги.

Монте и Тавитян, вероятно, провели ту ночь, свернувшись в поле. На следующее утро сирийские полицейские агенты не пришли на встречу в условленный час. Возможно, господин Кабранян так хорошо угостил их виски, что они забыли о встрече. Монте снова вздохнул с облегчением, а затем пошел на ближайшую почту, чтобы воспользоваться таксофоном. Около девяти часов утра Сета сняла трубку зазвонившего телефона в квартире Манушак в Бейруте. Как только Монте услышал ее «Алло», он затараторил: «Это ты? Наконец‐то!» Сета широко улыбнулась и прижала трубку к уху. Она была удивлена, обрадована и сгорала от нетерпения услышать все, что Монте хотел ей сказать.

«Произошел взрыв», – сказал ей Монте. Он хотел объяснить больше, но это придется отложить до их личной встречи. А пока достаточно было слышать ее голос и признаться в любви. Сета была так счастлива слышать его «Я тебя люблю», что проигнорировала его зловещий намек на «взрыв».

Монте, вероятно, не переживет следующие несколько дней, но по крайней мере он признался Сете в любви. Он повесил трубку и взял такси к месту работы господина Кабраняна – в отель «Парк» в соседнем городе Штаура. Они долго сидели у бассейна, пока Монте описывал события предыдущих дней. Выслушав его, господин Кабранян согласился отвезти его в Айнджар, чтобы поговорить с деревенским старостой, местным главой партии Дашнакцутюн. Они въехали в Айнджар на закате того дня, и господин Кабранян припарковался у