ВОЙНА И МИР - Иеромонах Тихон (Невидимов)

+

ЧАСТЬ III

+

22. ПАСТЫРЬ О ВОЙНЕ

.

”Мы отчасти знаем и отчасти пророчествуем”

1 Кор. 13:9

.

Савватий спросил:

– Отче, почему люди так часто ждут от священника объяснения войны? Будто он должен знать не только Евангелие, но и почему случилось именно это: почему началась война, почему погиб один, а другой остался жив, почему Господь не остановил зло раньше.

.

– Потому что человеку трудно жить среди того, чего он не понимает. Когда рушится дом, не возвращается близкий, ночью звонит телефон и после одного звонка жизнь становится другой, возникает мучительное желание найти причину. Кажется, что если понять случившееся, то хотя бы часть боли окажется под контролем.

Но за вопросом ”почему?” часто стоит другой вопрос, который сам человек ещe не умеет произнести. Он спрашивает: ”Почему Бог допустил смерть моего сына?” – а в глубине говорит: ”Скажи мне, что Бог всe ещe здесь”. Спрашивает: ”Почему я остался жив?” – а мучается тем, как теперь жить. Говорит о причинах войны, а на самом деле хочет понять, можно ли после пережитого снова кому-нибудь доверять.

Тебе, как пастырю, важно услышать не только вопрос, но и человека, который его задаeт.

.

– Но как это понять? Ведь нельзя каждый раз угадывать, что человек имеет в виду.

.

– И не надо угадывать. Иногда достаточно не спешить. Посмотреть на того, кто сидит перед тобой. Спросить: ”Что для вас сейчас самое тяжeлое?” И дать ему возможность самому дойти до того вопроса, который болит глубже первого.

Богословский вопрос может оказаться дверью в человеческую рану. Если начать отвечать только на слова, можно дать длинное и правильное объяснение человеку, которому в этот момент прежде всего нужно признаться: ”Я не знаю, как завтра встать с постели”.

.

– Но сан всe-таки обязывает священника иметь ответ.

.

– Сан обязывает тебя быть верным Христу и правдивым перед человеком. Всезнающим он тебя не делает.

При рукоположении священнику не открывают тайну каждой человеческой судьбы. Ему не сообщают, почему один проживeт долгую жизнь, а другой умрeт молодым, почему одна беда будет остановлена, а другая нет, когда закончится война и каким будет следующий год.

...Сан даeт пастырю ответственность за слово, а не знание всех тайн Божиих.

Поэтому ему особенно важно различать то, что действительно открыто человеку, и то, чего он не знает. Он знает Христа. Знает Евангелие. Знает, что ложь не становится правдой оттого, что еe повторяют многие; что чужая жизнь не дешевеет потому, что человека назвали врагом; что зло нельзя назвать добром ради удобства; что покаяние возможно; что смерть не является окончательной властью над человеком.

Вот в этом он должен стоять твeрдо.

А где начинается тайна, там твeрдость заключается уже не в готовом объяснении, а в честности.

.

– Значит, священнику можно сказать: ”Я не знаю”?

.

– Иногда это единственный правдивый ответ. Не бойся сказать: ”Я не знаю”. Бойся уверенно объяснять то, чего тебе не открыто...

Человеку может казаться, что хороший священник обязан понимать всe. Но зрелый пастырь знает не только то, что может сказать. Он знает границу собственного слова.

Апостол говорит: ”Знаю отчасти”. В этом нет унижения человеческого знания. В этом есть правда о нeм.

.

– Но люди спрашивают именно о воле Божией. ”Зачем Господь это сделал? Почему забрал ребeнка? Почему послал войну?” Что им отвечать?

.

Зосима нахмурился.

– Прежде всего не вкладывать свои объяснения в уста Божии.

Когда умирает ребeнок, очень легко произнести фразу: ”Такова была воля Божия”. Но что именно мы этим говорим матери? Что Бог хотел смерти еe ребeнка? Что Ему понадобилась эта смерть для какой-то цели, которую священник будто бы знает?

...Не всякое происходящее в мире следует называть прямым желанием Божиим. В мире действует человеческая свобода. Люди лгут, убивают, предают, проявляют жестокость и жадность. Происходят болезни, несчастья, войны. Бог остаeтся Господом мира и способен вывести добро даже из того, что человек сделал злого, но это не превращает само зло в добро и не делает его необходимым Богу.

Поэтому не говори матери: ”Богу понадобился ещe один ангел”. Не говори раненому: ”Господь послал тебе это специально, чтобы ты стал лучше”. Не объясняй потерявшему дом, что пожар был ему полезен.

Ты этого не знаешь.

Чужую боль нельзя закрывать именем Божиим.

.

– Но если сказать: ”Я не знаю, почему Господь это допустил”, разве человек не почувствует, что священнику нечего ему дать?

.

– Почувствует, если после этих слов ты действительно ничего ему не дашь.

”Я не знаю” не должно означать: ”Раз ответа нет, разговор закончен”. Можно сказать: ”Я не знаю, почему именно это произошло. Не хочу придумывать ответ за Бога. Но вижу, как вам больно, и готов быть рядом”.

Тогда незнание не оставляет человека одного.

.

– А почему тогда Псалтирь сама даeт человеку такие страшные вопросы: ”Доколе, Господи?” Разве это не дерзость?

.

– Бог не требует, чтобы человеческая боль сначала научилась говорить благопристойно.

Псалтирь хранит не только благодарность и славословие. В ней есть страх, гнев, недоумение, ощущение оставленности. Человек спрашивает Бога, почему зло торжествует и почему Господь словно медлит. Церковь не вычеркнула эти слова.

Это очень важно для пастыря. Ему не нужно защищать Бога от человеческого плача.

Если мать после похорон говорит: ”Господи, где Ты был?” – не надо немедленно поправлять еe богословие. В этот час еe вопрос может быть единственным способом ещe обращаться к Богу.

...Пока человек говорит Богу даже о своей обиде на Него, разговор ещe продолжается.

.

– Но ведь человек может сказать и неправду о Боге.

.

– Может. И когда придeт время, нужно будет помочь ему увидеть эту неправду. Но ты обязан различать ошибку, которую надо исправить, и крик, который сначала нужно услышать.

Правильное слово, сказанное слишком рано, тоже способно закрыть человека. Вера возвращается не через ответ, а через вопрос, который человек всe-таки продолжает приносить Богу.

.

– А чем тогда отличается вопрос ”почему началась война?” от вопроса ”почему это случилась со мной”?

.

– Первый требует прежде всего фактов. История, политические решения, человеческие интересы, преступления, ошибки, ответственность – всe это нужно исследовать глубоко и ясно. Ты не можешь знать всех фактов, причин и условий... Сан не превращает тебя во всеведущего... или в человека, сидящего за одним столом с сильными мира сего, принимающими решения...